Цыган командовал патрулем, в который входил и Вилем. Этот таможенник был на тридцать лет старше его. Вилему Яниш нравился. Обоих объединяло увлечение живописью и любовь к природе. По просьбе Вилема Цыган обращался к нему на "ты". Сегодня они вместе вышли в мглистые сумерки. В дозоре в районе Гути им предстояло провести целую ночь.

–  Ну и ночь, - вздохнул Цыган.

–  У меня позади таких тысячи, Вацлав.

Вилем досконально знал этот участок еще с довоенных времен: люди здесь изменились, ушли немцы, да и характер службы стал другим. Они шли, вопреки инструкции, рядом и тихо разговаривали. Это не мешало им прислушиваться к каждому шороху. Подошли к околице Гути. Когда они вышли из леса, видимость несколько улучшилась, но лежащая в долине деревенька тонула в тумане. Засунув руки в карманы, они шли по вымощенной щебнем дороге вниз, мимо лесной сторожки к перекрестку.

Цыган, поеживаясь от пробравшего его холода, поднял воротник. Не говоря ни слова, они направились к полуразрушенному зданию весовой.

Там находился их контрольный пункт. Отсюда они охраняли перекресток дорог вблизи границы. Стояла тишина, только где-то за белой завесой тумана не переставая лаяла собака. Ей, видно, не нравилась эта ночь, но лучших уже не будет. Жаркое лето кончилось, приближалась осень 1948 года. Отсюда они хорошо видели перекресток.

–  Когда немного рассветет, - сказал Цыган, - кто-нибудь из нас сбегает в деревню за молоком. Я очень люблю парное молоко. Мы ходим за ним к Благоутам. А если к нему еще хрустящий рогалик...

Время в дозоре тянулось медленно. Они то и дело посматривали на часы. Им было холодно, но оставить перекресток они не могли, особенно ночью. Они-то хорошо знали, что в это время следует оставаться здесь во что бы то ни стало. Да и куда идти? В домишке было еще терпимо. Наконец над Лесовом занялся рассвет. Яниш стал думать о Ярке. Тень ее жениха, подобно стене, всегда стояла между ними, и он это хорошо чувствовал даже в интимные минуты... Мгла понемногу отступала, на горизонте можно было уже разглядеть контуры леса. Цыган пробежался, чтобы немного согреться. Вилем сидел, сгорбившись, у окошка.

–  Вилем, ты не сходишь за коровьим вермутом?

–  Я как раз собираюсь это сделать. Только во что взять?

–  Что-нибудь я тебе дам. И заплати, чтобы не было разговоров. Потом я отдам.

Вилем исчез в тумане. Недалеко от того места, где они расположились, шоссе проходило по мостику, под которым среди всякого хлама протекал грязный ручей. Там была, по-видимому, свалка. Перекладина, соединявшая межевые знаки, была выворочена и валялась в траве. Она обожгла холодом руки, когда Цыган поднял ее и вставил в паз межевого знака. Уже стали видны и очертания деревни, запели первые петухи. Занимался новый день. Сейчас они выпьют молока и пойдут к лесной сторожке, где когда-то взяли бандитов.

Его мысли прервал шум мотора. "Кого это сюда черт несет?" - удивился он. Шум усиливался. Он взял автомат наизготовку, прищурился, чтобы лучше видеть. С другой стороны приближался Вилем. И вот показалась легковая машина, старый драндулет. Завизжали тормоза. Яниш подбежал ближе к шоссе с автоматом наизготовку. "Вряд ли он мне понадобится, - подумал он, наверное, кто-нибудь заблудился..." Сейчас послышатся извинения и разумное объяснение. Из машины выскочил мужчина и поднял руки вверх.

–  Всем выйти! - закричал Цыган и отошел на несколько шагов.

Из автомашины быстро выбрались еще трое и также сразу подняли руки вверх. Цыган увидел, как Вилем поставил на землю банку из-под консервированных огурцов, полную молока, и бросился ему на помощь. Еще не было сказано ни слова и последний из четырех щегольски одетых мужчин только что поднял руки над головой, как вдруг рядом с Цыганом прогремел выстрел. Он испуганно оглянулся. Кто же выстрелил? И заметил винтовку Вилема. Это из нее прогремел случайный выстрел. Пуля угодила в шину, оттуда со свистом вырывался воздух.

–  Сдаемся, сдаемся! - кричали мужчины.

–  Чего ты дуришь? - взорвался Цыган, обращаясь к Вилему, лязгнувшему затвором винтовки, а потом закричал мужчинам: - Разомкнись! Кругом! Все!

–  Случайно. Винтовка была на боевом взводе, - шепнул в ответ Вилем, хорошо еще, что я угодил в шину.

"Если это не перебежчики, - подумал Цыган, - скандала не оберешься".

–  Куда вы ехали? - спросил он строго. Один из мужчин ответил:

–  Заблудились мы в этом тумане. Хотели в Тахов, а остановились уже около шлагбаума.

Цыган заметил, что автомашина буквально набита багажом.

–  Значит, заблудились? - холодно улыбнулся он. - Вилем, проверь-ка груз.

Таможенник сразу же выскочил из машины со старой крупномасштабной картой, лежавшей на переднем сиденье. Дорога из Марианске-Лазне к границе была выделена красным карандашом. Яниш демонстративно лягнул затвором автомата.

–  У вас даже карта была. Ну, кто начнет? Признание пойдет вам только на пользу.

–  Не удалось, - выпалил вдруг самый маленький из них.