Она открыто издевалась над ним, намеренно называя перевод его имени. Рахат лишь обреченно вздохнул и нехотя вышел. Остальные парни гудели, обсуждая громкую победу Мари. Декабрь выдался каким — то нерабочим месяцем. Во всем была виновата предновогодняя суета, наверное. Очень мало машин сейчас было на ремонте, поэтому вечерами они обычно играли то в нарды, то в карты.

— Я закончу оформлять «приход» и вернусь, — Мари улыбнулась ребятам и отошла.

Больше всех ей нравился Авет, который принял её с первого дня, когда она неуверенным шагом вступила на территорию Адама… С ума сойти, прошло уже полтора года. Словно это было в прошлой жизни…

Трудно забыть, как она удивилась, увидев на следующий день после драки знакомое лицо у своего подъезда. Лилит и Мари собрались в город, чтобы купить ей новые очки. Старые невозможно было починить, оправа была сломана в нескольких местах.

И вот, когда обе вышли во двор, девушка сразу же заметила Адама, курившего на скамейке.

Лилит отреагировала бурно:

— Что он тут делает?! Ему мало вчерашнего? Пришел добить своим присутствием?!

— Когда успокоишь свою истеричную подругу, давай поговорим, — безразлично выдал Адам.

Мари взглянула на него и чуть не содрогнулась от увиденного: один глаз у него заплыл, всё лицо было в синяках, а верхняя губа сильно разбита. Что же его заставило приехать сюда в таком состоянии?

— Лил, сходи пока в супермаркет, я через пару минут присоединюсь к тебе. Только не начинай, прошу…

Вполне ожидаемо Лилит поджала губы и, яростно фыркнув, быстро зашагала прочь. Пару секунд Мари смотрела ей вслед, а затем отвернулась и подсела к Адаму.

— И? Что ты тут делаешь?

Он потушил окурок и швырнул его на землю.

— Второй час жду, пока ты выйдешь. Не знал номер квартиры.

Неожиданное начало. Мари даже вскинула брови от удивления, с еще большим вниманием уставившись на него.

— Во — первых, признаю, что работу ты потеряла из — за меня. Во — вторых, я долго думал и решил, что частично должен это исправить. Так вот, можешь первое время поработать в моем СТО. Будешь выполнять обязанность администратора и плюс — некоторые продавца — кассира. Получать будешь столько же, сколько в своем караоке. Думаю, это будет справедливо.

Она не поверила своим ушам. Сильнейшем усилием воли ей удалось сдержать готовый вырваться истерический смех. Адам Дарбинян — её работодатель. О Боже! Кто — нибудь слышал более абсурдное высказывание?

— Я потрясена твоей…мм…тягой к справедливости, Дарбинян. Но это плохая идея. Если мы не выносим друг друга в течение нескольких минут, уж проводить рабочий день с тобой вообще выше моих сил.

Он посмотрел на неё долгим снисходительным взглядом и усмехнулся.

— Как ты думаешь, мне самому, что ли, хочется работать с тобой? Этот вариант я предложил именно исходя из того, что мы не будем видеться. Я там почти не появляюсь, всем распоряжаются Рахат и Авет. Дело твоё — я всего лишь предложил из чувства вины. Странно ощущать его по отношению к тебе.

Его издевательское замечание мгновенно заставило Мари вспыхнуть. Девушка уже, было, открыла рот, чтобы ответить, но он добил её очередным оскорблением:

— Мне с трудом далось это решение. Ты и на девушку — то не похожа, какой же из тебя администратор?

Мари скрипнула зубами, но не стала ничего предпринимать. В голове уже зрел наилучший вариант развития событий. Изначально она собиралась послать его к чертям с его великодушным предложением, но теперь…

— Силиконовых губ и груди у меня, конечно, нет. Но мозгов, чтобы быть администратором в каком — то паршивом СТО хватит уж точно! И, кстати, для твоей информации: в караоке я работала по гибкому графику, чтобы совмещать с учебой, а получала почти тридцать тысяч. Немного выше, чем получают среднестатистические администраторы, но для тебя, думаю, это не проблема!

Он сузил глаза и презрительно парировал:

— Для тебя ничего не жалко. Это «удовольствие» будет длиться недолго.

— Вот и договорились! — вскочила Мари.

— Подожди, ненормальная! — окликнул её Адам, когда она, отвернувшись, собиралась уходить.

Мари посмотрела на него и в очередной раз за последние несколько минут поразилась увиденному — он держал в руках её сумку, которую она вчера не смогла забрать.

— Считай, это твой аванс. Завтра с утра заеду за тобой, чтобы показать СТО.

Мари выхватила сумку и в полном бешенстве направилась ко входу. Она в отчаянии сжала кулаки, понимая, что свою чертову гордость не получится засунуть куда подальше, потому что слова Адам больно задевают самолюбие и заставляют наряду с любовью ненавидеть его за эту тупоголовость и предпочтения во внешности.

Лилит отговаривала её, как могла. Угрожала рассказать родителям и брату, которые и так до этого были недовольны её работой в караоке. Переходила на мольбу, призывая к здравому смыслу. Но Мари была непреклонна.