Улыбаясь, он отряхнулся и, насвистывая весёлую мелодию, направился к порталу в Шеул-Гра. Но когда вошёл в свой кабинет, тщательно проверил себя.

Лиллиана сидела в его кресле с отсутствующим выражением лица, одной рукой сжимая запотевший стакан чая со льдом.

— Что случилось? — Он бросился к ней.

— Не знаю, — тихо ответила она. — Ты скажи.

— Ничего.

Она посмотрела на него, как на тупицу.

— Я не дура. Ты весь в крови, у тебя торчат рога, и что-то тряхнуло Шеул-Гра с такой силой, что повалило статуи и разбило посуду всего через несколько минут после прибытия Ривера и Ревенанта. Так что не вешай мне лапшу на уши. — Она поднялась, и когда он потянулся, помочь, оттолкнула его руку. — Ты выпустил души, чтобы убить Баэля, и они узнали?

Азагот всегда разделял работу и семью. Он не хотел, чтобы Лиллиана узнала о неприглядной части его работы… или о неприглядной части его самого. Не хотел, чтобы она видела, как происходила выжимка души.

— Я не хочу, чтобы ты волновалась, Лилли. У тебя и так достаточно забот

— Не надо, — предупредила она. — Не закрывайся от меня. Никогда больше. Ты поклялся.

Он хотел отрицать, что отгораживался. А если так, он хотел заверить, что делал это для её же блага. Но то, что он закрывался, отчасти привело к её уходу. Он держал её в заложниках эмоционально, не показывая ту часть себя, которой она жаждала. И затем, когда он выражал эмоции, это был гнев. Всегда гнев.

Он обещал, что станет лучше. Пришло время выполнить обещание.

— Ты права. — Он тихо вздохнул. — Баэль мёртв, и Чудо-Близнецы знают об этом. Но они — наименьшая из забот. Молок ещё жив, и стал могущественнее, чем прежде. Он будет преследовать меня и нападать со всеми силами.

— Поэтому ты спешишь забрать всех детей из человеческого мира? Чтобы они оказались скрыты.

Он кивнул.

— И именно поэтому ты всегда со стражей. Молок не остановится ни перед чем, чтобы получить от меня то, что хочет.

Лиллиана упомянула, что цербер, с которым она подружилась на острове Ареса, возможно, присоединится к ним, и пёс — желанная гостья. Азагот не любил зверей, но церберы отчаянно преданы, и никто не стал бы нападать на Лиллиану, когда рядом с ней кто-то из них.

— Зачем ты так сильно нужен Молоку? — спросила Лиллиана.

Он потянулся за любимой бутылкой рома.

— Потому что у меня есть ключ от тюрьмы Сатаны.

— Ключ? — Она побледнела и откинулась на спинку. — Сатана в Шеул-Гра?

— И да, и нет. — Он оставил бутылку и подошёл к Лиллиане, которая нужна ему больше, чем алкоголь. — Когда Ревенант и Ривер поймали Сатану в ловушку, создали межпространственную тюрьму, используя ту же базовую частоту, что и Чистилище. Тюрьма Сатаны находится как внутри Шеул-Гра, так и снаружи. Я один могу добраться до неё. — Прислонившись к столу, он обдумал слова. — Ну, Ривер и Ревенант тоже могут, но только если им удастся найти.

Лиллиана посмотрела на свой живот.

— Мне это не нравится, Азагот.

Вот почему он не хотел рассказывать ей ни о чём. Он хотел, чтобы весь стресс и всё уродство легли на его плечи. Не на её. Несмотря ни на что, Азагот защитит Лиллиану, и обеспечит безопасность, чего бы это ни стоило.

— Мне тоже, Лилли, — сказал он, наклоняя голову, чтобы поцеловать её, демонстрируя не просто привязанность, а обещание. — Но я не позволю ничему случиться с тобой или нашим ребёнком.

Отступив, он вытащил белое перо с золотым наконечником из правого рукава и чёрное перо с серебряным наконечником из левого и положил их на рабочий стол. Ни Ривер, ни Ревенант не заметили, как он взял их.

Лиллиана потянулась за ними, и тонкие пальцы скользнули по нежному блеску.

— Что это? Я имею в виду, очевидно, что перья, но для чего?

— Страховка, — мрачно сказал он. — Это страховка.

Сайфер держал Лиру за руку, пока они стояли возле портала, который вёл в Шеул-Гра. Будь у них разрешение. По-видимому, Азагот недавно запечатал его после смерти одного из детей.

— Ты видишь это? — спросила Лира, имея в виду заклинание, которое удерживало вход закрытым.

— Ага.

— План Б?

— Как, насчёт снять заклинание, которое Мрачный Жнец наложил для защиты своего мира? — Он фыркнул.

Она успокаивающе сжала его руку, прекрасно понимая, что у него есть план Б. А ещё В и Г. Прямо сейчас в голове крутилось много идей.

— Мы не обязаны этого делать, — сказала она. — Можем просто исчезнуть. Будем жить вдали от всех. — Она пожала одним плечом, всё ещё покрытым синяками и кровью после битвы. Большие раны и сломанные кости уже зажили, но без крыльев его регенерация заняла гораздо больше времени. — Я слышала, что Мор веками жил в пещере. Так что и мы могли бы.