– И это все моё. Каждый сантиметр твоего совершенного тела принадлежит мне, Лия!

Длинные пальцы скользнули глубже по моему языку, а я уже перестала соображать.

Порочность происходящего вызвала мощные контрастные ощущения. Там напротив в доме люди ходили по комнатам, кто-то смотрел телевизор, кто-то говорил по телефону, а я с собранным на талии платье выглядела настолько бесстыдно, что, если бы кто-то увидел, я бы сгорела от стыда. Или нет? Возможно, я бы и не заметила, если бы кто-то на нас смотрел, потому что слишком сильным было моё возбуждение.

Когда Амир развёл мои влажные складки и осторожно коснулся клитора, я почувствовала, как земля плывёт под ногами. Колени подкосились, я начала оседать, и в этот момент подвернулся мой каблук. Мужские пальцы ненамеренно съехали, попадая в самую чувствительную точку на моем клиторе, надавили на неё и все моё тело пронзило ударом тока. Сильным и колючим, как проволока. Неприятным. В голове тут же вспыхнул образ Никиты. То, как он точно так же давил именно туда, и я, не отдавая себе отчёта, неосознанно вцепилась в руку Амира, чтобы оторвать её от себя. Как будто это был не он, а чёртов Звягин.

– Не надо, - выпалила на автомате, царапая его ногтями.

Амир мгновенно напрягся, его тело окаменело, а энергетика из дразнящей и властной превратилась в неподъемную и устрашающую.

– Прости, - тут же постаралась исправить положение. – Это случайно вышло.

Я попыталась развернуться к нему лицом, но Амир не позволил. Натянул на меня обратно трусики и одернул вниз платье. Руками крепко меня обнял, положив их на мою обнаженную грудь и закрывая её таким образом, а после прижал спиной к себе. Это даже были не объятия, скорее обездвижение, чтобы я не могла пошевелиться. Он сжал меня очень сильно. Настолько, что я еле могла вдох сделать.

– Расскажи мне!

Настойчивое требование раздалось у самого уха, а я отрицательно мотнула головой.

– Нечего рассказывать. Просто получилось неожиданно, вот я так и отреаг…

– Продолжишь врать, будет хуже!

Сталь в его голосе давила сильнее, чем крепкие руки, сжимающие меня тисками. Амир не повышал тон, не рявкал как это делал обычно папа, когда пытался у меня о чём-то узнать. Он наоборот замораживал обманывающим спокойствием. И только напряжение в его теле говорило о его истинном состоянии.

– Амир, это в прошлом, правда!

– Что именно?

Стало страшно. Очень страшно, потому что с некоторых пор я знаю на что способен этот мужчина и, если он узнает… я даже представить не могу, что он может сделать Никите.

В горле ком встал, потому что я не понимала, как это правильно описать. Это ведь так унизительно! Захотелось сквозь землю провалиться лишь бы не упоминать это при нём. При человеке, который никогда не должен был бы узнать обо мне этой информации.

– Я жду, Лия. Ты ведь понимаешь, что я могу узнать сам.

– Нет, пожалуйста! – я дернулась в его руках, и Амир позволил мне обернуться. Быстро натянув бретельки платья, я уперлась ему ладонями в грудь, – Я не хочу быть той, о ком ты знаешь буквально всё. Не хочу, как муха под микроскопом. Встречаться с тобой, делиться, осознавая, что ты уже вероятно знаешь каждую мелочь.

– Я поэтому до сих пор этого еще не сделал, - Амир вновь вернул руки на ограждение позади меня, но не отошел даже на миллиметр, давя на меня своим телом, властью и энергетикой, - Мне тоже хочется с тобой, не как с другими. Мне нравится, когда ты открываешься сама. Поэтому я даю тебе шанс рассказать всё. Один шанс.

Воздух с шумом наполнил мои легкие, а ладони задрожали.

– Это давно было, - я опустила глаза на расстёгнутую пуговку на вороте черной рубашки, избегая зрительного контакта, - один парень всё время требовал моего внимания и пытался взять его силой. И однажды он… удержал меня, начал трогать… - я не смогла этого произнести, и зажмурилась, - и тогда это произошло со мной. Я испугалась, потому что это показалось аномальным. Мне не нравился ни парень, ни то, что он делал. А он подумал, что, если я получила оргазм, значит мне понравилось. И потом пытался сделать это еще.

Распахнула глаза и тут же пожалела об этом. Если бы можно было расчленить взглядом, Амир бы сейчас это сделал. Не со мной, нет. Я прекрасно понимала на кого направлена эта клокочущая ярость.

– Кто?

– Я не скажу!
– сгребла пальцами его рубашку и уверенно посмотрела в глаза. – Это в прошлом. Больше этого не повторится.

– Ты еще видишься с этим человеком?

– Нет.

Соврала. Я впервые соврала Амиру, смотря ему прямо в глаза, но признаться не могла.

Для себя я решила, что обязательно поговорю с Никитой. Раньше мне было стыдно, я не понимала почему со мной всё это происходит, и винила себя. Думала, что может это я ненормальная и больная, если моё тело так реагирует. Поэтому и признаться ему не могла. Но теперь я знаю, что дело совсем в другом. И больше не позволю Звягину к себе прикасаться!