– Привет, пап.

– Привет, дочь. Ну как ты?

– Хорошо. А ты?

– Тоже. Ты теперь после занятий не уходи. Я буду тебя забирать.

Я как раз потянулась за ремнем безопасности и так с ним и застыла.

– Зачем?

– Чтобы деньги на такси не тратила.

– Я и на автобусе могу, - запротестовала, нервно пристегнувшись, - не надо, пап! У тебя рабочий день же до вечера!

– Ещё чего, на автобусе удумала. А рабочий день и сократить можно. Глеб прикроет.

Ясно! Папа снова за своё!

– Это из-за вчерашнего? – спросила его прямо.

– В том числе.

Ну хоть не отрицает. Правда, легче мне от этого не стало. Это получается, что я теперь совсем не смогу видеть Амира…

– Пап, это нечестно.

– Лия, мы не будем об этом говорить! Мать уже пыталась сегодня, но если я сказал, что забирать буду, значит буду.

Протест закипел внутри и потребовал выхода. Как же мне это надоело!

Я открыла рот, чтобы возразить, но у отца зазвонил мобильный и он принял вызов.

– Да, Вань. Я же уехал только что! Взял с собой, ну. Дома проработаю. Кому, кому? Хм, а ему зачем? Да чтоб вас всех! – чертыхнулся, перестраиваясь в другой ряд, - Делать мне нечего, как туда-сюда мотаться. Зачем ему понадобились эти документы? Еще и так срочно! Да понял, я понял тебя. Сейчас привезу!

Сбросив вызов, папа недовольно цокнул.

– Заедем в прокуратуру сейчас, я документы кое-какие отдам, - пояснил, хотя я и так всё поняла.

Закусила губу, обдумывая стоит ли задавать вопрос, но всё же решилась:

– Пап, как часто бывает, что сажают невиновных?

Мимолётно взглянув на меня, он пожал плечами.

– Система не идеальна, Лия. Не всегда можно найти доказательства за или против. Но таких случаев мало. Зачастую всё происходит по закону.

– Но они есть?

– Есть.

– А на твоей практике были?

Спросила и впилась в папу глазами.

– Было такое, что обвинённого сажали, а после какого-то времени оказывалось, что ошибочно. Тогда его выпускали, - как ни в чём не бывало произнёс он, а я шокировано распахнула глаза.

– Пап, но как это? Человека обвинили, отняли у него часть жизни, а ты так спокойно говоришь об этом?!

– Если я буду переживать за каждого ложно обвинённого, у меня не останется времени на себя. Да и зачастую это не такие уж ложно обвинённые. Чаще всего это люди, замешанные в других делах, но в итоге все равно оказавшиеся в тюрьме, там, где им и место.

У меня в груди свело от того, насколько безразлично он это произнёс.

– Но у человека могла сложиться жизнь, а из-за того, что он отсидел – всё, судьба сломана. Ты сам мне говорил, что бывшим сидевшим сложно и на работу устроиться, и жильё снять. Жизнь и так сложная, а у них вдвойне, если не втройне.

– Лия, что за интерес вдруг? – осёк меня отец, - Хочешь защищать ложно обвинённых иди в юридический и тогда сама поймёшь как всё непросто в этой области. А пока ты слишком далека от того, чтобы судить как работает прокуратура и чьи там жизни сломаны.

Я вспыхнула, впервые столкнувшись с такими категоричными суждениями отца. Он прав, раньше я никогда подобным не интересовалась. Все мои знакомые жили обычными жизнями и только совсем недавно я столкнулась с тем, что всё вокруг не так, как кажется.

– Посидишь в машине или пойдешь со мной?

Подъехав к зданию прокуратуры, папа заглушил двигатель и взял папку с заднего сидения.

– С тобой. Мне нужно в уборную.

– Пойдём. Где она находится ты знаешь!

Конечно, знаю. Я бывала здесь несколько раз, когда папа просил заехать к нему после пар. Ждала, пока он закончит работу, и делала домашнее задание за столом в его кабинете.

Здороваясь на ходу с его коллегами, с которыми была знакома, я отправилась в уборную.

От противоречивых эмоций буквально подбрасывало. Хотелось объяснить папе, что так нельзя! Но он и так это знал… Я уверена, если он до сих пор вспоминает Амира с такой ненавистью, значит понимает, что к чему. Только или делает вид, что ему всё равно, или … ему действительно всё равно на тех людей, кто оказывается за решёткой по ошибке.

Это настолько выбивает из привычного состояния… Я всегда была уверена в том, что отец наказывает виновных. Смотрела на него, как на олицетворение честности и порядка. А выходит, что он сам не всегда уверен в правильности своих вердиктов…