— Подписать? — спросил я.

— Да, но перед этим прошу внимательно ознакомиться.

Все предыдущие я тоже читал. По крайней мере через строку. Потому что, какая разница, кто будет транспортировать твоё тело, и какие чиновники войдут в состав комиссии для разбирательств по случаю твоей смерти?

В этот раз передо мной лежал новый документ. И он встревожил меня с первых строк.

«Согласие на участие в тестировании новой прыжковой станции дальнего действия ПСДД-2».

— Не понял? — я посмотрел на мужичка. — Что за псдд тут происходит?

— Новый экспериментальный образец прыжковой станции, — канцелярская морда изобразила подобие дружелюбной улыбки. — Мы используем тот же канал запуска, но меняем двигатель и способ перемещения.

— И я буду первым?

— Да. Но всё должно пройти так же гладко.

— Должно?

— Уверен, что пройдёт.

— А я уверен, что, кроме меня, найдётся и другой идиот, чтобы подписаться на это. Мы договаривались о прыжке на проверенной станции.

— Да, договаривались. Но условия изменились.

Пиджачок смотрел мне в глаза. Худой, неуклюжий, но с очень твёрдым взглядом. Не понравился он мне.

— И что поменялось?

— Мы обязались выполнить одну вашу просьбу. И мы своё обещание выполнили. Ваш брат на свободе. С него сняты все обвинения. Но… всплыли новые подробности.

— Какие ещё подробности?

— Про ваши дела на кластере, господин Зоринов.

В животе потяжелело. Всё, что случилось на кластере, должно было остаться на кластере…

— По закону мы должны возбудить дело и провести проверку. У нас есть свидетели и достаточно улик. Есть основания полагать, что вы с коллегой по ПГДК Бугиным Анатолием Анатольевичем замешаны в ряде преступлений. Бугин уже задержан и даёт показания.

Это уже ни в какие ворота не лезло. Я согласился почти на самоубийственное задание, а сейчас…

— Слушай, запонка ходячая. Я подписал пятьсот бумаг, соглашаясь сдохнуть во время вашей долбанной миссии. Тебе этого мало?

— Тогда подпишите ещё одну.

— Ты предлагаешь мне залезть в новую пушку и на себе проверить её работоспособность?

— Есть и другой вариант, — пиджачок постучал по папке. — Отправиться под суд по подозрению в превышении служебных полномочий, грубому нарушению дисциплины на космических объектах, что приравнивается почти к терроризму, вымогательстве и…, — он выдержал паузу, глядя мне в глаза. — Убийстве.

В груди вспыхнул пожар, ногти впились в ладони. В висках застучало. Мир чуточку накренился вправо.

— Хочешь сказать, что вы сольёте в унитаз всю мою подготовку, если я не подпишу эту бумажку?

— Нет, почему, — пиджачок покачал головой. — Мы заставим тебя её подписать. Ты конкретно вляпался и тебе придётся искупить свою вину перед родиной. Выбирай. Но это выбор без выбора…

… … …

Касу я доверял. И знал, что он достанет мне парочку сухпайков. Штукенции эти я разглядел в столовой у сёрчей. Одна упаковка хранила в себе полноценный завтрак, обед и ужин на целый день. Всё это было аккуратно сложено и надёжно упаковано. Такие сухпайки сильно облегчат мне жизнь.

Переживал я лишь из-за количества. Как сказать Касу, что мне понадобится шесть, семь, а лучше — десять штук? Не такой я обжора, чтобы сожрать всё за полтора дня путешествия к отдалённой заброшенной жиле.

Но Кас оказался парнем сообразительным. И понял всё сам. Пообещал раздобыть сухпайки.

Так я решил вторую большую проблему, наряду с запасом кристаллов.

Но оставалось ещё две.

Первая — герметичная палатка, которая сохраняет тепло. Именно она спрячет меня от псов и других тварей пустоши ночью. По наводке от Линара я нашёл нужно человека. То был ушедший на покой сёрч. Мужик с изувеченной головой. Пустынный червь впился ему прямо в макушку и высасывал кислород вместе с кровью. Дуглис сунул ему гранату между бурильными рогами.

— Прикончил червяка на месте, — Дуглис выпрямился в инвалидном кресле и культяпкой оторванной руки почесал изувеченную червяком и взрывом лысину. — Его дерьмо разметало по всей округе. Стервятники пировали неделю. Я открыл сразу два уровня потребления. На повышенном расходе дополз до пугалки. Там мне помогли наши. Кусок его ублюдской хари навсегда останется со мной, — Дуглис криво улыбнулся и показал на стену.

Впечатляло. На стене контейнера под сантиметровым слоем пыли висела голова червя. Не целиком. Только нижняя часть. С двумя зубами, полукругом рогов и каменными чешуйками.