И я просто киваю.

— Только, не сейчас, отпустите, пожалуйста, — выходит недо всхлип. Какая я жалкая, но как я устала быть сильной, как хочу, побыть слабой, вот немножко, только капельку, и я опять возьму себя в руки.

— Отпусти её Кай, — слышу Дана, какой он замечательный, какой понятливый. Мой рассудительный Дан. Но Кай не слушает, только крепче прижимает, а я сейчас сдамся, и тогда будет катастрофа, но нельзя.

— Отпусти, прошу, — пищу, и он наконец слышит, а я пулей вылетаю из кабинета, из офиса, из здания, мчу куда глаза глядят, и добегаю до небольшого сквера, падаю на первую лавочку. И всё, меня прорвало.

Слезы текут ручьем по щекам, так много эмоций, так много чувств, которые были так надежно спрятаны, но сейчас как звери рвутся наружу, и я пока плохо с ими справляюсь.

Обхватываю себя руками и реву. Ну не дура ли. Они тебя нашли, они рядом, а ты чего?

Поразмыслив немного о том, что скоро надо идти на корпоратив, а я ещё домой не заехала, я беру себя в руки. Не сразу конечно, но со временем я успокаиваюсь, и перестаю дрожать, как лист на ветру.

До дома добираюсь очень быстро и сразу на пороге меня застает моя прекрасная девочка, она перебирает своими маленькими ножками и топает ко мне, моё чудо, моя радость, моя сладость.

Подхватываю Алекс на руки и кружу в воздухе, целую маленькие щечки, и просто наслаждаюсь её запахом. Она прекрасна.

— Эй, Милена, отпусти её, ты ведь даже руки не помыла, — бурчит мама рядом, и я понимаю что она права. Вот блин.

Опускаю малышку, на что она сразу начинает плакать, но я быстро мою руки и возвращаюсь к своей крошке.

— Мам, у меня ещё одно мероприятия, нужно будет не на долго уйти.

— Хорошо, я Алексию спать укладу, но ты только не забывайся, она ведь ещё кушает ночью.

Да я это прекрасно помню, и наслаждаюсь процессом кормления, сполна. Моя маленькая ей только годик и пару месяцев, и я не собираюсь забирать мамино молоко. Пусть наслаждается, хотя бы вечером.

— Конечно, я на пару часов и вернусь, уже начальство предупредила что буду не долго.

— Ладно, иди поужинай.

— Мам, я ведь на корпоратив иду, там будет фуршет.

— Ах да, конечно, тогда иди в душ, и давай тебе что-то красивое подберем.

Я целую малышку ещё раз, просто не могу оторваться, какая она замечательная, потом передаю маме, а сама иду в ванную.

Раздеваюсь и становлюсь пот теплые струи воды, вспоминаю их глаза, как они жадно скользили по моему телу, как будто никогда не видели.

Как они облизывали меня своими взглядами.

Рука не произвольно тянется к промежности, где уже все очень мокрое, как давно у меня не было мужчины? Я уже и забыла, что это такое. Последние это были именно они, после них никого, я даже сама себя не удовлетворяла.

Закрываю глаза, и позволяю уйти в мир грез, пальчиками касаюсь внизу, раздвигаю лепестки, скольжу по ним, потом возвращаюсь на клитор и немного тру его.

В голове вспышками мелькают воспоминания, как это делал Кай, он бы провел пальцами по промежности, потом клитор, потом опять по ней, углубил бы один в меня, а я бы вскрикнула от удовольствия и закатила глаза, что я в принципе и делаю.

А Дан в это время бы пристроился сзади, взял бы за волосы, и натянул их до сладкой боли, а потом впился в губы своим обжигающим поцелуем. Я бы поясницей чувствовала его возбужденный член, и потерлась бы что бы подразнить, а он бы укусил за губу, не больно, но ощутимо, а потом зализал её.

Другой рукой тянусь к груди, перекатываю сосок между пальцами, и сдавливаю его, от чего проступает небольшая капелька молока. Но я не обращаю внимания, я полностью в своих грезах.

Тру клитор ещё сильнее, уже проникаю в себя двумя пальцами, и сжимаю сосок до боли, представляю пожирающие глаза моих мужчин. Ещё несколько остервенелых движений, ещё несколько действий и я начинаю дрожать. Последний раз надавливаю на горошину и улетаю. Только на губах остается беззвучный крик «Кай». Кайф…

Немного придя в себя быстро моюсь с любимым гелей, волосы шампунем. И наконец выхожу с ванной.

— О, водные процедуры тебе на пользу, смотрю и румянец появился, а то пришла бледная какая-то.

— Замерзла, а вода теплая, вот и разогрелась.

— Так август на дворе, — недоуменно тянет мать, а я просто развожу руками, что я ещё тебе скажу.

Иду к гардеробу и выбираю два платья, одно красное, а второе белое, как снег, оно мне очень нравиться, но сейчас я искренне не могу выбрать. Алекс с мамой появляются быстро в комнату и застают меня задумчивой.