В добавок к этому, спать в "стремной" деревне, было не самым интересным завершением выходных. Чудились какие-то скрипы, подозрительные шепотки, страшные завывания.

— Да чтоб тебя, — мне в конец надоело прислушиваться к каждому шороху, и я откинул одеяло, поднявшись с кровати, чтобы размяться.

В этом был один единственный плюс — меня перестали терзать мысли о прошедшей погоне. Хотя это и спорное преимущество.

Сделав пару вялых взмахов руками и ногами, я подошел к окну, чтобы приоткрыть его для свежего воздуха. Заболеть от мокрой одежды и сквозняка не боюсь, видимо опять вторая молодость взыграла.

Окно было мутноватым и его протирания дали совсем немного, но позволили увидеть две переговаривающиеся фигуры. В первой, я узнал деда, дом которого занял, а вот вторая была мне совершенно не знакома.

Второй человек тоже оказался стариком, но гораздо более низеньким и хилым. Он носил что-то похожее на плащ поверх горбатой спины и небольшую шляпу. Опираясь на трость, он внимательно слушал нагнувшегося хозяина дома, периодически кивая.

Быть может это староста деревни и дед (кстати, он не представился), сообщает о новом "жителе"? Версия была бы рабочей, если бы на дворе не стояла поздняя ночь.

Я уже хотел отмести все эти бредовые мысли о какой-нибудь жуткой деревне убийц, как вспомнил, что теперь это не такой уж и фантастический вариант. Мир другой, а значит, здесь возможно все. В конце концов я сам прямое доказательство этого!

Так что не стоит сбрасывать со счетов стариков-маньяков. Все бывает, так сказать.

Старики закончили свой разговор и одновременно повернулись в сторону моего окна. Я не двигался, надеясь, что сквозь мутное стекло и тьму меня не видно. Но одно теперь стало ясно точно — они обсуждали меня-любимого.

Из этой деревни надо валить, причем срочно. Нельзя дожидаться вечера, это может быть слишком опасно. Бежать на ночь глядя глупо. Постараюсь отказаться от бани и завтра лишь перекусив отправлюсь через лес сам. Не буду никого предупреждать.

Может я конечно зря паникую и просто-напросто напугаю бедных стариков, но своя жизнь мне как-то ценнее, а потому отставить сомнения. Сделаю самый мудрый и хитрый тактический прием — стратегическое отступление. Ну, или на крестьянском (а я теперь аристократ, если не ошибаюсь): побег сверкая пятками.

На этой важной мысли я добрался до кровати, чтобы сразу же уснуть и проснуться не от криков петуха, а от солнечного луча в лицо и традиционного солнечного приветствия. Это было бы почти приятным пробуждением, если бы не легкая ломота в мышцах.

Кроме неприятных ощущений, это утро так же принесло новые мысли, и далеко не все из них противоположно приятные.

В прочем я решил не зацикливаться на этом и сделал разминку поборов лень и боль. Никогда не отличался любовью к утреннему виду спорта, но сейчас пришлось, если я не собирался весь день потом бродить с лицом и ощущениями неприкаянного призрака.

Зарядка закончилась уже через минуту и открыв дверь своего ночного жилища, я спустился на кухню, где по идее должны быть старики.

Там их не оказалось. Утро в деревне, даже такой странной, далеко не праздное, чтобы засиживаться на кухне. Ну, на самом деле, я просто надеюсь, что у них здесь самые обычные деревенские дела.

Не найдя чего перекусить на столе, я выбрался на улицу и огляделся в поисках хоть одной живой души. И мне повезло, ведь я увидел жену хозяина дома.

Старушка копошилась возле забора, как будто пытаясь что-то достать оттуда. Сразу вспомнился знаменитый стишок про репку, и я даже в шутку пригляделся, а нет ли там еще и деда.

На самом деле оказалось, что бабуля гладила черного кота, который ласкался под ее сухими пальцами.

— Доброе утро! — бодро поприветствовал я парочку.

Бабушка обернулась и вежливо кивнула в ответ, отпуская кота. Тот махнул черным хвостом и скрылся среди зарослей не стриженой травы.

— Доброе, милок. Как спалось?

— Нормально, — я пожал плечами. — а скажите, я могу чем-то вам помочь?

Сначала я хотел спросить насчет еды, но передумал. Это будет не вежливо. Прилипший к позвоночнику желудок подождет, а так я помогу им и получу свою порцию еды честно. Это если с деревней все в порядке.

— Нет, не думаю. Разве что помочь деду перетащить мешки. Он скоро вернется из леса.

— Хорошо, — согласился я и подумав спросил, — а пожевать у вас чего-нибудь не найдется?

— Сейчас картошку приготовлю. — вздохнула бабка и ушла в дом.

Я живо представил себе это восхитительное блюдо, жаренная в деревенской печи, картошка. Аппетитные мысли заставили заурчать живот, и чтобы ускорить приготовление я решил помочь.

— Бабуль, бабуль! Давай помогу, — ввалился я в комнату куда она шла.