Урсула поняла его намеки.

— Но ты не расскажешь им о моей особой крови, да?

Она посмотрела на него, но Оливер продолжал смотреть прямо перед собой.

— Почему ты так боишься, что они узнают? Ты же мне рассказала.

— Я их не знаю. Вдруг они похожи на вампиров, которые держали меня в плену? Что, если хотят того же?

Оливер покачал головой.

— Ты и меня не знаешь.

У нее перехватило дыхание. Что он пытался ей сказать?

— Ты тоже хочешь моей крови?

Ее голос сорвался. Неужели она совершила огромную ошибку, доверившись ему?

Она услышала, как он тяжело задышал, затем заметила, как дрожь пробежала по его телу.

— Ты не то подумала. Я хочу твоей крови, да. Из-за того, что было между нами. — Он бросил на нее хищный взгляд. — Когда вампир занимается любовью, он хочет взять свою женщину любым возможным способом. Это значит, вонзить в нее клыки и пить кровь.

Урсула вжалась в сиденье и пододвинулась поближе к двери.

Казалось, он заметил это и убрал одну руку с руля.

— Тебе не нужно меня бояться. Я не возьму твою кровь, потому что не могу.

С недоверием она уставилась на него, не понимая его слов.

— Но ты только что сказал…

— Я знаю, что сказал, — перебил Оливер. — Но ты должна кое-что знать. Если твоя кровь подобна наркотику, твоя кровь всегда будет недоступна для меня. Давным-давно, будучи человеком, я принимал наркотики. И никогда не вернусь к этому. Никогда.

Его голубые глаза нашли ее и посмотрели с такой решимостью, которую она никогда раньше не видела.

— Потому что, есои я когда-нибудь вернусь к наркотикам, независимо от их вида, то в этот раз проиграю. Это уничтожит меня, а я не собираюсь рисковать своей второй жизнью.

Уверенность в его голосе заставила ее задуматься. Действительно ли он настолько силен, чтобы устоять перед искушением?

— Я лучше откажусь от удовольствия питаться от тебя во время занятия любовью, чем вновь приобрету зависимость. — Оливер сделал паузу на секунду. — Если, конечно, ты когда-нибудь снова позволишь мне заняться с тобой любовью.

С ее губ сорвалось одно единственное слово:

— Ох.

Он хотел еще? Урсула опустила взгляд.

— Ты не обязана отвечать прямо сейчас. Только прошу не отказывать мне сразу из-за моих только что сказанных слов. Но я думал, ты оценишь правду.

Она подняла голову, желая сказать, что ничего так не хочет, как вновь соединиться с его телом, но увидела красный блеск в его глазах. С этим она уже знакома. Ее взгляд мгновенно упал на его руки, сжимающие руль. Когти начали показываться сквозь кончики пальцев.

Она почувствовала, как страх сдавил горло и не давал вымолвить ни слова. Она могла только смотреть на него.

— Мне жаль, Урсула. Я очень голоден. Но я не нападу на тебя. Обещаю.

Он тяжело сглотнул, и, когда открыл рот опять, показались кончики его клыков.

Вздох вырвался из ее груди.

— Мы почти дома. Я высажу тебя у обочины. Тебе придется зайти внутрь. Блейк там. Он защитит тебя. Обещай, что пойдешь прямо к нему. Скажи, что посчитаешь нужным, но не отходи от него.

Теперь голос Оливера звучал иначе — напряженно, словно ему трудно выговаривать слова.

Урсула автоматически кивнула.

— Я подожду, пока ты войдешь внутрь. Пожалуйста, не беги. Если побежишь, сработают инстинкты, и я начну погоню. И тогда нам только Бог сможет помочь.

— Обещаю, — прохрипела она. Что угодно, лишь бы он ее не укусил.

Следующие несколько кварталов она следила за каждым его движением. Ее собственные ладони вспотели, а сердце билось в два раза быстрее. Урсула знала, что он может это слышать и чувствовать запах, если судить по стиснутой челюсти о побелевшим костяшкам пальцев.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Оливер остановился перед его домом.

— Иди!

Не оглядываясь, она открыла дверцу машины и выпрыгнула, захлопнув ее за собой. заставив себя идти нормально, она поднялась на несколько ступенек к входной двери и позвонила в дверь. Нетерпеливо ожидая, она оглянулась через плечо. Оливер все еще сидел в машине с работающим двигателем.

Ее сердце чуть не остановилось, когда входная дверь распахнулась изнутри.

— Урсула?

— Впусти меня! Закрой дверь! — потребовала она и промчалась мимо Блейка.