Шрифт:
– Ты так смотришь, – вдруг смеется сестренка, что меня тянет ее придушить. – Хочешь попробовать?
– Нет, у меня шикарный суп, очень полезный. Наполненный минералами и витаминами, – бросаю взгляд в жижу в своей тарелке.
– Вот-вот. Мы с Мишей не питаемся вредной пищей.
– Это так правильно, – поет Ирина как ее там. – Тебе бы тоже последить за своим питанием. А то скоро ни в одни джинсы не влезешь.
– Да оставь девочку, Ир. Она же худая как щепка, куда ей за фигурой следить. Катя, надеюсь, ты поможешь Алисе освоиться на первом курсе?
– Конечно! Я даже думаю по магазинам прошвырнуться. Ты любишь шоппинг?
– А кто не любит шоппинг, особенно когда можно тратить бабки, которые не заработал.
Катя застывает, я тоже охуеваю от ее отмороженности, а отец смеется. Серьезно, блять? Когда я начинаю говорить о деньгах, мне тут же прилетает.
– Трать, у меня денег на всех хватит.
– Ты помнишь, что должна мне помочь со свадьбой?
– Конечно, мам. Буду как обычно на побегушках. А, кстати, а может ребята мне помогут. Вы же все равно не работаете?
– Поможем? А как?
– Ну ты только представь, – наклоняется эта неуемная над столом, так что я невольно в декольте ее заглядываю. – Ты, с твоим вкусом, сможешь все организовать по высшему разряду.
Сука.
– Да? Да, у меня, конечно, есть вкус.
– Естественно. Не то что у меня. Мама вечно меня ругает за внешний вид.
– Но сегодня ты правда переборщила, – пеняет Ирина.
– Жарко, мам. А я с пляжа. Откуда я знала, что ты выберешь такое пафосное место.
– Это я обычно такие выбираю. Думаю, в следующий раз Алиса оденется подобающе, а немного шока только на пользу этим зажиревшим пузанам.
Они с Ириной смеются, а я не могу и слова произнести. Я просто в ахуе от такого отношения, в ахуе от сестренки, что умело манипулирует моей невестой. Только вот со мной это не пройдет. Я в этом спектакле участвовать не буду.
– Мне нужно в городе остаться, новый проект наклевывается, – смотрю на отца. Жаль, что проекта пока нет.
– Ты бы успокоился уже. Сколько денег просто так потратил.
– Сам сказал, у тебя на всех хватит. А мне нужно думать о будущем с моей любимой девушкой, – прижимаюсь к Кате, а она целует меня в щеку. Мельком замечаю, что Алиса эта морщится. И я понимаю, что мне очень будет нравиться ее раздражать.
– Может, оно и правильно, занимайся своими делами, а наши дамы все организуют.
– Вот и отлично, – чем меньше я буду общаться с этой девчонкой, тем лучше.
Мы заканчиваем ужин обсуждением последних новостей и наконец собираемся уходить. Я встаю, помогаю Кате подняться, когда слышу.
– Ой… – Алиса смотрит на меня своими невинно-блядскими глазами. Сними глазами… – Кеда упала под стол, а я коленку на пляже повредила…
– Мы вообще-то торопимся…
– Помоги сестре, Миш…
Сестре… Ебануться…
– Ладно, я сама, – обиженно дует она губы, вот сто процентов накаченные. Сука, еще и строит из себя, за коленку хватается.
– Я сам, – пихаю Кате телефон и лезу под стол, застеленный белой скатертью, достаю кеду и уже поворачиваюсь, чтобы вылезти, как вдруг стройные ноги сестренки раздвигаются так широко, что я вижу помимо полоски шорт белые трусики. Специально? Или она так всегда… Я, кажется, даже чувствую запах, который источает ее промежность… Блять. Мне уже какая-то хрень мерещится.
Вылезаю, не глядя сую ей кеду и встаю, чтобы наконец покинуть это место… Но нет, не все так просто. Теперь мне нужно проводить женщин до машины и открыть каждой двери.
– Спасибо, – поворачивается Алиса, перед тем как сесть в машину. Она ниже меня почти на голову и на этом расстоянии я четко могу сказать о форме ее груди… О нотках духов, которыми пахнет ее кожа… Что-то отчаянно запретное. – Я очень рада была с тобой познакомиться.
И почему у меня ощущение, что она пиздит?
– Да? Я тоже.
– И очень жаль, что ты не будешь нам помогать с организацией свадьбы. Я бы, – она касается пальчиком пуговицы на моей рубашке… – Очень хотела с тобой познакомиться поближе…
Мне кажется, или она меня клеит?
Я лишь моргаю, не понимая, что происходит, а она уже скрывается в салоне машины, сама закрывая дверь…
Глава 4
– Мне кажется, твоя сестра очень милая, – говорит вдруг Катя, хотя последние минут двадцать мы молчим.
Ну и что мне ответить.