Он выглядел изможденным, мое сердце пропустило удар, но он даже не успел полностью остановиться, хрипло объявив:

— Вай в порядке. Энджи все хорошо. Все здоровы.

Кейт вскочила со своего места и почти одновременно с Кирой сделали все возможное, чтобы сбить Кэла с ног, врезавшись в него со всей силы. Но Кэл был большим, сильным парнем. Он покачнулся, но устоял на ногах.

Именно тогда я получила один из тех неожиданных, но ценных подарков, которые может преподнести жизнь, наблюдая, как Кэл заключает обеих девочек в свои длинные, крепкие объятия, наклоняет свою темноволосую голову и целует их в волосы, бормоча:

— Энджи потребовалось некоторое время, чтобы захотеть присоединиться к нам, но теперь все хорошо, детки.

Я услышала сдавленный всхлип Кейт, но Кира просто теснее прижалась к Кэлу.

Я встала вместе со всеми остальными, мы подошли, но не близко, давая им возможность на мгновение прижаться друг к другу.

— Вы хотите увидеть своих маму и сестру? — спросил Кэл девочек, полностью сосредоточившись на них. Больше никого не существовало во вселенной (кроме, конечно, Вай и его рожденной дочери).

— Да, — неуверенно ответила Кира.

— Конечно, — хрипло произнесла Кейт.

Наконец, его взгляд упал на собравшуюся толпу, и он пробормотал:

— Скоро вернусь.

Он переместил девушек, повернул их и повел в том направлении, откуда пришел.

Я смотрела, как они уходят. Затем одарила радостной улыбкой людей, которых едва знала, которые так же радостно улыбались мне в ответ, я направилась прямо к своей сумочке.

Достала телефон и позвонила Бенни.

Только когда я услышала его глубокий, непринужденный, сладкий голос, говорящий:

— Сообщай хорошие новости, детка, — я расплакалась.

Но мои слезы были радостными.

* * *

Бенни припарковался на месте для гостей Фрэнки, выключил мотор «Эксплорера» и выскочил, поворачивая к квартире Фрэнки, только чтобы увидеть, как она спешит ему навстречу, с развивающимися волосами, вечернем макияжем, милая, в ярко-оранжевом сарафане, открывающем декольте, в сексуальных босоножках на высоком каблуке. Она несла огромную корзину, покрытую целлофаном, с массивным розовым бантом, казалось, что корзина была заполнена гигантской горой детской одежды, всей розовой. Она неловко держала ее сбоку.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не одевалась так на работу, — заметил он, как только она оказалась в десяти футах от него.

Она посмотрела на него.

Прошло два дня, как у Вай родилась Анджела. Два дня — слишком долгий срок для Фрэнки, которая так хотела, чтобы он как можно быстрее к ней приехал. Но у Вай родилась Энджи во вторник, поэтому он ждал четверга, когда сможет провести со своей женщиной долгие выходные.

Но его родители первыми отравились и покинули Браунсбург, этим утром вернулись в Чикаго, чтобы помочь в ресторане, пока Бена не будет. Его папа с трудом смог увезти Терезу от Анджелы, потому что, как сообщил непосредственно Кэл Бенни «Можно подумать, что Тереза сама ее родила, так сильно она над ней кудахтала».

Бен расценил это как, что Кэлу не хватает времени побыть только со своей женщиной и девочками, особенно с новорожденной.

Сейчас было около шести часов, Фрэнки в этот день закончила работу, и Бенни приехал до выходных.

На три дня.

Все еще не сводя с него взгляда, Фрэнки приказала:

— Возвращай свою задницу в свой внедорожник. Мы прямо сейчас едем к Кэлу и Вай.

— Не как я рада тебя видеть с браунсбургским поцелуем? — спросил он, когда она повернула к пассажирской двери.

Ему не нравилось, когда она начинала командовать, не давая ему того, что он хотел.

Вместо этого она открыла заднюю дверь его машины, поставила корзину на сиденье, захлопнула дверцу и забралась прямо на переднее сиденье рядом с ним.

Он наклонился на водительском сиденье и повернулся к ней, чтобы точно сказать, что он чувствует, что она не поздоровалась. В ту минуту, как только он повернулся к ней, она обхватила его голову руками, притянула к себе и прижалась к нему в горячем, влажном поцелуе.

Потом оторвалась от него, но не отпустила его голову, прошептав:

— Добро пожаловать в Браунсбург, Бенни.

Он ухмыльнулся ей и ответил:

— Именно так мне нравится, Фрэнки.

Что-то еще более безумно красивое, чем та безумно красивая, какой она всегда была, зажглось в ее глазах, прежде чем она продолжила шептать:

— Она такая красивая, ты даже себе не представляешь.

Он знал, что дочь Кэла должна быть безумно красивой, и ему стало интересно, когда у Фрэнки родятся дети, насколько более безумно красивыми они будут.