Я посмотрела на экран, взяла в руки и улыбнулась.

Это было сообщение от Бенни, в котором говорилось: «Думаю о тебе, детка. Позвони мне, когда вернешься домой с работы. Я возьму перерыв».

Прошло чуть больше месяца после сцены с папой.

К сожалению, в этом месяце я много ездила в командировки.

К счастью, одна из моих поездок была в Чикаго — богатая перспектива, поездка, основной целью, которой было поставить мою репутацию на место. Возможно, у него было больше опыта в фармацевтической области, чем у меня, но он был моим единственным представителем, который не только не превышал своих показателей, но и не выполнял их.

Я продлила эту командировку, работая из дома Бенни три дня, а затем проведя с ним выходные.

Мне понравилось. Мне нравилось бывать у Бенни и играть в «дом», следуя схеме, которая включала в себя совместные выходные (он брал отгул) и его работу. Я не возражала, когда он уходил вечерами в ресторан. Я ходила в пиццерию с друзьями и видела его, или оставалась у него дома и ела овощи.

Но это было нечто большее.

Было не вполне нормальным то, что у нас было, когда я уезжала. Любые отношения — это кропотливая работа, но в дали друг от друга эта работа становилась тяжелее. Мне не нравилось уезжать от него и, когда он уезжал от меня, с каждым разом расставание становилось все труднее.

Когда я работала из дома Бенни, мне казалось это вполне нормальным. Его дом казался мне родным. Наш график был естественным. Как жизнь и проведение совместного времени любой среднестатистической пары. Мне нравилось. Я хотела такой жизни.

То же самое нельзя было сказать, когда Бен приезжал меня навестить.

Когда Бенни приезжал меня навестить, это определенно был визит. Не его возвращение домой. Неестественное. Ненормальное. Ничего, кроме удовольствия побыть с Бенни.

Мне нравилось проводить время с Бенни.

И все же я хотела большего.

В прошлом месяце Бен предпринял попытку нанести двухдневный визит в середине недели, чтобы не заставлять Мэнни или Винни работать на кухне в самые загруженные вечера — в выходные.

Все прошло не очень хорошо. В основном потому, что он приехал утром, когда я была на работе, и единственное, о чем могла думать весь день, находясь на работе, как бы побыстрее вернуться к нему домой. Пока я находилась в офисе, он коротал время у меня дома и тусовался с Кэлом и его женщиной, плюс с двумя девочками-подростками, планировавшими свадьбу вместе с беременной мамой.

Бен был отсрочкой для Кэла.

Что касается меня, Бен был в Браунсбурге, а я сидела в офисе, и мне это не нравилось, и то немногое время (всего два дня), которое у нас было, и тот факт, что он едва ко мне приехал, как ему придется очень быстро уехать.

Другими словами, для меня это не работало.

Но моя проблема заключалась в том, что мне совсем не нужно, чтобы в моем резюме было написано, что я каждый год меняю работу. Любой здравомыслящий работодатель может не прямо сказал бы, но определенно дал понять, что не собирается тратить деньги и время на обучения сотрудника, который не отработает даже год. Так что я чувствовала, что по крайней мере мне придется еще шестнадцать месяцев потеть в «Уайлере».

Другая проблема заключалась в том, хотя Бен казался таким же разочарованным, когда я уезжала от него, он ни слова не говорил о нашем будущем, что оно может принести или возможно, нам придется как-то все планировать по-другому, чтобы вернуться к нормальной жизни. Это включало бы возможность проводить вместе больше нескольких дней в месяц, а затем такие несбыточные мечты, как свадьба, дети и семья.

Я точно не становлюсь моложе. На самом деле, до моего дня рождения оставалось несколько недель.

Бен тоже не молодел.

Я не знала, как затронуть эту тему. Если Бен был доволен тем, что у нас существовало на данный момент, после того, как я чуть все не испортила в самом начале, я определенно была не сильна в раскачивании этой лодки.

Но это не означало, что Бен даже не заводил разговор на эту тему, что начинало меня беспокоить.

Я не написала всего этого в ответную смс-ку ему, а написала только: «Хорошо, дорогой, я уйду через несколько минут».

И сосредоточилась на том, чтобы сделать как можно больше из того полумиллиона дел, которые мне необходимо было сделать, чтобы я могла вернуться домой и позвонить своему мужчине, провести с ним не длинный разговор, скорее короткий в его короткий перерыв, который определенно заставлял меня захотеть большего, затем в одиночестве поужинать, провести время в одиночестве и лечь спать тоже в одиночестве.

Одна.

Я была близка к завершению своих полумиллиона дел на сегодня, ощущая, что сделала на сегодня все необходимое, когда зазвонил мой телефон, и я увидела, что время на компьютере показывало уже больше шести вечера. Другими словами, я потеряла счет времени, так «несколько минут», о которых говорила Бенни, не получились.

Скорее всего он волновался, и с этой мыслью я взглянула на экран телефона.

Мои брови сошлись вместе, когда я увидела на экране надпись — «Звонит Кира».