Да, будто милый старик мог защитить Лейни. Мэтт подался к ней. Она что-то скрывала.

— Может, их аптекарь присылал?

— Грег? — спросил шериф в момент, когда Лейни замотала головой.

— Не думаю. Да, он социально незрелый, да и сходили мы всего на одно свидание, но я считаю, что он обязательно подпишет записку от себя, какой бы идиотской она ни была. — Она теребила нитку, которую вытащила из шва джинсов.

Мэтт сохранял невозмутимое выражение лица. Почему Лейни не обратилась в полицию? Если испугалась, то должна была написать заявление. Может, пишет тот ростовщик, у которого она занимала деньги? Если так, то Мэтт должен разобраться в ситуации. Это самое малое, что он мог сделать. Ну, после того, как избавится от того, кто шлёт эти записки. Они провели вместе лишь ночь, но Лейни уже стала частью мира тех немногих людей, которые Мэтту небезразличны. Хотя у них не было будущего, есть настоящее, и никто не причинит Лейни боль. И неважно, что она странно себя ведёт.

— Давай принесём твои записки шерифу. — Он отодвинул стул.

— Погодите-ка, откуда мне знать, что записки посылал не ты? — тихо спросил шериф, не сводя взгляд с Мэтта.

Лейни тоже осмотрела на него.

Мэтт нахмурился.

— Я только что приехал в город. Зачем мне писать эти записки?

Шериф выгнул седые брови.

— Насколько нам известно, ты в городе несколько дней. Может это твой модус операнди? Приезжаешь в город, проверяешь его, шлёшь странные записки и убиваешь людей.

Лейни сглотнула.

— Безумие.

— Именно. — Шериф встал. — Дин, мне нужны твои отпечатки, чтобы сравнить с теми, что мы нашли в доме Клэр.

— Нет. — Мэтт встал и помог Лейни подняться.

Лейни заколебалась.

— Они всё равно найдут отпечатки.

Вряд ли. Он всегда осторожен и нигде не оставлял отпечатков. Как только его отпечатки появятся в системе, командир его найдёт. Хоть они и должны вскоре встретиться, Мэтт хотел контролировать место и время.

— Всё в порядке. — Он взял её за локоть и повёл к двери.

Шериф преградил им путь.

— Это не просьба.

С Мэтта хватит. Он отодвинул Лейни в сторону и встал перед полицейским, возвышаясь над ним, по крайней мере, на пять дюймов.

— Или арестуй меня или отойди.

Несколько напряжённых мгновений шериф смотрел ему в глаза, но, наконец, отступил.

— Ладно. Не уезжай из города.

— Я и не собирался. — По крайней мере, пока не выяснит, кто преследует Лейни.

— Знаешь, дверь Клэр не взломали, она сама впустила убийцу. — Шериф огляделся. — Ты в опасности, Лейни. И от этого парня тоже. Могу сказать после многих лет службы в армии, а затем в полиции, этот парень опасен.

Она оглядела Мэтта, и взгляд зелёных глаз стал мягче.

— Знаю.

Лейни крепко обняла Мэтта, сопротивляясь желанию проследить пальцами мышцы его груди и живота, скрытые тонкой футболкой. В голове роились мысли, а желудок крутило от тошноты.

Кто убил Клэр?

Да, Мэтт отвёз её домой. Но, чтобы так избить нужно время… больше часа. Даже несмотря на то, что Мэтт невероятно накачан и, очевидно, хорошо натренирован. В его серых глазах крылись мрак и тайны. Мог ли он так избить женщину? После ночи, которую они провели, Лейни многое могла понять о Мэтте. Он — милый, добрый и нежный, но в его теле ощущалось глубинное напряжение и ощущение сдерживаемого животного. Несмотря на всё это, она изо всех сил пыталась связать знания о нём и чувства, которые к нему испытывала. Мэтт взывал к её женской натуре и пробуждал надежду на что-то хорошее, на что-то правильное… на возможность вырваться из ада реальной жизни.

Ветер трепал волосы, которые хлестали по лицу. Вздохнув, Лейни прижалась щекой к широкой спине Мэтта, позволяя защищать себя. Пока. Когда они подъехали к бару, она решила поговорить. Мэтт, помогая ей слезть с байка, сказал:

— Принеси записки.

Она замерла.

— Я думала, мы договорились, что ты больше не будешь отдавать приказы.

Он встал и навис над ней.

— Эта договорённость работала до вчерашнего вечера.

Она попятилась и склонила голову.

— Прошлая ночь ничего не изменила.

Это вызов, хорошо. Его глаза потемнели до цвета грозового неба прямо перед раскатами грома.

— Брехня. Прошлая ночь что-то значила, и ты это знаешь.

Ранимость промелькнула в сильных чертах его лица, и это охладило пыл. Она вздохнула, мысленно прикидывая наилучшие варианты развития событий.

— Ладно, прошлая ночь что-то значила. Но это всё не навсегда, и одна ночь близости определённо не дала тебе права командовать. Моя жизнь только моя.

Он провёл рукой по густым волосам, взъерошив их.

— Слушай, Лейни. Твоя жизнь, лишь твоя, да, но я — самый опытный следователь, с которым тебе довелось встречаться. Если тебе кто-то угрожает, а мы знаем, что это так, тебе нужно дать мне его уничтожить.

Она замерла.

— Ты хотел сказать, сдать их полиции.

Он несколько секунд помолчал.

— Точно.

Холодок пробежал по спине, хотя интрига завладела мыслями. Каково быть любимой таким мужчиной, как Мэтт Дин? Вероятно, это подавляло и раздражало, но и сулило безопасность. Лейни удивилась тому, насколько привлекательной вдруг стала эта мысль. Но он точно не для неё.