– Так. Где-то здесь мы свернули с тропинки. Справа было корявое дерево - вот оно, а слева было видно ЛЭП... Что-то не видно.

– Да стемнело уже. И елки загораживают.

– Не помню я этих елок.

– Так, может, не здесь?

– Да здесь, вот же дерево. Черт! Ладно, на тропинку вышли, ну и потопали.

Топали они не меньше часа. Под конец уже и Андрею стало не по себе. Порой ему казалось, что кто-то недобрый наблюдает за ними из-за деревьев. Раз или два он слышал, как хрустели ветки где-то в стороне, что-то пыхтело. Было уже совсем темно - может быть, виноваты в этом были тучи, наползающие на небо - когда друзья опять оказались у корявого дерева.

Слава охнул. Андрей выругался. В ответ ему вдруг раздался низкий утробный хохот, переходящий в глухое ворчание. В кустах захрустело, на мгновение показалась большая туша неясных очертаний, и снова все замерло и затихло.

– Медведь, - сказал Андрей.

– Сам ты медведь, - пробурчал Слава.
– Разве медведи смеются?

– Может, это так сова кричала.

– Ладно, - кивнул Слава.
– Я тебе раскрою один маленький профессиональный секрет: писатель-фантаст не должен верить в то, что пишет. Иначе это плохо кончится.

– К чему это ты?

– Да так.

– Кончай трепаться. Что делать-то будем?

– А чего? Ночевать придется, - Слава истерически захихикал.

– Ну что ж, утро вечера мудренее, - согласился Андрей. Думаю, звери нас не съедят. Они людей боятся.

– Нет, я не смогу, - простонал Слава.
– Проклятое воображение! Я с ума сойду. Неужели здесь нигде поблизости жилья нет?

– С какой стати?

– Ну, может, деревня какая. Колхоз. Что-нибудь.

– Может, и есть. Кто-то ж эту чертову тропинку протоптал.

– Да перестань ты черта поминать!

Андрей замолчал, и в зловещей тишине было слышно, как Слава бормочет свои заклинания.

"Не поможет, - подумал Андрей.
– Здесь тебе не Англия."

– Ну заявимся мы, - сказал он вслух, - в твой колхоз. Ты уверен, что нас пустят переночевать? Народ сейчас недоверчивый. В связи с ростом преступности.

– Думаешь? Слушай, я бы сейчас все отдал...

– Да чего б ты отдал? Малину?

– Я б им свой роман новый рассказал, - сказал Слава, - еще не написанный. С замками, волшебниками и рыцарями. И с эльфами и гоблинами. Длинный. Только чтоб пустили.

Андрей засмеялся. И вдруг заметил огонек - далеко, за деревьями. Не говоря ни слова, он схватил Славу за руку, и через мгновение они оба почти бежали, спотыкаясь о кочки, задевая за ветки и шумя на весь лес. Огонек оказался даже не костром, а окном одинокой избушки. Друзья обошли ее кругом и постучали в дверь.

Дверь открылась почти сразу, как будто их ждали. На пороге показалась старушка в платочке.

– Здравствуйте, бабушка, - вежливо сказал Слава.

– Здорово, коли не шутишь, - не по возрасту бодро ответила старушка скрипучим голосом.

– Мы в лесу заблудились, - продолжил разговор Андрей. Пустите переночевать.

– Ну, заходите, добры молодцы. Я вас накормлю, напою и спать уложу, - старушка повернулась и ушла в избу.

– Чокнутая, - сказал Слава.

– Юморная, - возразил Андрей.
– Не бери в голову.

Внутри было хорошо и уютно. В настоящей русской печке как раз поспели пирожки - вкусные и горячие. Запивали парным молочком. Было еще много вкусных вещей. Гости были очень довольны. Одно было странно: бабка как будто все время ждала от них чего-то, но, видимо, не дождавшись, проводила на ночлег.

Слава заснул моментально, а Андрей, не успев сделать этого раньше, вынужден был терпеть Славин храп и вздохи. Сквозь сон ему послышались голоса. Говорили, вроде бы, под окном.

– Наобещал с три короба, - ворчал низкий голос.
– Хорош врать. Дайте, я с ним потолкую.

– Не кипятись, - возражал скрипучий голос.
– Хлопцы-то городские, непривычные. Устали, вишь, сморило их.

– Сам же их водил!
– возмущался тонкий девичий голосок. Шутки твои дурацкие, шкура ты толстокожая.

Послышался глухой рев, журчание воды, потом кошачье мяуканье - и все стихло в порыве ветра. "Бред", - подумал Андрей, переворачиваясь на другой бок и погружаясь в сладкие сны.

Проснулись друзья поздно. В окно било солнце. Андрей встал первым.

– Надо спросить дорогу в пансионат, - сказал он.

Но изба оказалась пуста: старушки не было. Хотя было накрыто на стол - маслянистые блины еще не успели остыть. Большая черная кошка посмотрела на Андрея зелеными глазами и выпрыгнула в окно.