Эти люди не знали Бессмертного напрямую, связь шла именно через Мендакса. Поэтому, когда он спустился к ним и начал отдавать приказы, ни у кого не возникло и капли сомнения в их источнике.

К вечеру этого дня в разных направлениях от Небесного замка поскакали небольшие группы людей по два-три человека. Тут были и мужчины, и женщины разных возрастов, но всех их объединяли одинаковые плащи — алые с золотой обшивкой, закреплённые на шее серебряной брошью, что определяло их статус рядовых прислужников. Впрочем, они годами тренировались и осваивали силу под руководством Мендакса, так что вставшим им на пути не поздоровится…

Мендакс стоял на пороге Небесного замка и разглядывал расширяющееся кольцо из пыли, поднимаемой лошадьми.

— Ты меня звал, отец? — вдруг раздался голос позади него.

Мендакс улыбнулся, не оборачиваясь.

— Привет, Айк. У меня есть для тебя особое задание.

Тревога не отпускала Хэла, пока они выбирались из леса, на что ушло существенно меньше времени.

Поляна перед домом была освещена лунным светом. Деревья как будто склонились в поклоне, трава шевелилась от едва заметного ветерка.

Коготь, лежавший на пороге дома, тут же подбежал к Хэлу, и жалобно поскуливал, мотая головой в сторону дома. Сердце Хэла наполнилось тяжестью.

Ученики зашли в дом. Что-то было не так, Хэл это чувствовал. Он проверил все комнаты — Мельдорфа нигде не было. Хэл подошёл к комнате, где ночевал старый волхв. Вход в неё был для него воспрещён, и он ещё ни разу за эти шестнадцать лет даже не видел дверь в неё открытой.

— Мастер? — спросил он громко и постучал. Ответа не воспоследовало. — Мастер, я вхожу.

Интуиция буквально вопила о том, что нужно проверить комнату учителя. Толкнув дверь, он сделал несколько шагов и оказался в полумраке. Окон в этой комнате не было, и приходилось довольствоваться светом, поступающим из коридора. Комната была крайне аскетичной — посреди неё стоял простой стул, а у дальней стены — кровать. На кровати кто-то лежал.

С замиранием сердца Хэл подошёл к кровати, и узнал в лежащем волхва. Он лежал на спине, был неподвижен, а глаза его смотрели в потолок. Седая длинная борода аккуратно лежала на груди, поддерживаемая кистями рук, сложенными крест-накрест.

— Мастер? — дрогнувшим голосом безуспешно позвал Хэл. Он уже понимал, что произошло, но оказался совершенно не готов к этому. Старый волхв не раз намекал ему, что вскоре уйдёт, но почему-то Хэлу всегда казалось, что это произойдёт завтра, или через неделю, или через год, но только не сегодня…

Он прикоснулся к его окоченевшим рукам, и в этот момент рот волхва слегка приоткрылся, и оттуда вытекла серебристая дымка. Постепенно она стала формировать фигуру, и вот уже перед Хэлом стоит призрачный Мельдорф. Он оглядел Хэла с ног до головы, а затем пристально вгляделся в глаза, словно ища в них что-то. Затем удовлетворённо кивнул, и произнёс:

— Вижу, ты нашёл в пещере то, что искал.

— Мастер, как вы… Вы здесь?

— Пустое, — махнул рукой волхв. — Я всего лишь оставил отпечаток своей души, чтобы поговорить с тобой в последний раз. Слушай внимательно и не перебивай, у меня мало времени. Силу мою тебе не получить, перед тобой лежит другой путь. Путь Воина. Но моя сила — ничто по сравнению с тем, что ты получишь, если найдёшь то, что тебе предназначено, и займёшь своё истинное место. Сделать это будет сложно. Те, кто помешал нормально призвать тебя и передать силу, попытаются уничтожить тебя.

Хэла смутила уверенность волхва. Пещера же не показала ему ничего особенного, лишь того странного человека со слепящим светом вместо лица… Но он понимал, что видит своего учителя в последний раз, и внимал каждому слову.

— Даже если ты сам не веришь, это твоя судьба, — продолжал волхв. — Рано или поздно она настигнет тебя. Враги знают о твоём существовании, и либо ты найдёшь силу и одолеешь их всех, либо они тебя уничтожат. И никто не сможет сказать, что произойдёт, если такая всеобъемлющая сила попадёт не в те руки…

Вот как. Теперь из него пытались сделать спасителя мира… Хэл не мог поверить в это, как бы ни хотел. Если даже волхв признаёт, что, скорее всего, произошла ошибка. Правда, он думает, что Хэлу не успели передать силу, а Хэл был уверен в том, что если это и так, то ошибка была в нём. Наверняка болезненный подросток, претерпевающий ежедневные издевательства, не может претендовать на роль обладателя столь могучей силы, что она пугает даже Мельдорфа. Заклинание попросту ошиблось — или ему помогли ошибиться…