Кипячение же ягод делает отвар из них менее опасным, и лишь кратковременно помутняет рассудок. Поэтому этот отвар так популярен среди низших слоёв населения. Даже люди в небольших посёлках близ Зачарованного леса, которых раньше Хэл посещал с волхвом, не брезговали предаться забвению на несколько часов.

Тем временем легат продолжил:

— Говоришь, у вас была договорённость?

— Мы договаривались о Дуэли Мечей, — ответил Хэл. — Но, видимо, в империи не принято держать слово.

Легат оставил этот выпад без внимания и повернулся к Николасу. Тот, мрачнее тучи, коротко кивнул, не отрывая взгляда от Хэла.

— Отлично. Дуэль так дуэль. Очистить помост.

Голос легата прозвучал бичом, щёлкнувшим в воздухе, и четверо его «охранников» тут же принялись растаскивать тела. Двое взяли на себя стражников, двое же — палача.

— А вы — ждите моего сигнала, — сказал легат дуэлянтам и степенно удалился во дворец.

— Слушай, Хэл, тебя ведь так зовут? — спросил Николас, подходя ближе.

Рука Хэла непроизвольно дёрнулась к мечу.

— Да брось, я не нападу без приказа, — добродушно сказал Николас, улыбаясь. — Давно хотел сказать, что восхищаюсь тобой. Да-да, ты ведь преодолел такой путь, пытаясь спасти своих друзей… Очень достойно. Жаль, у меня нет такого друга, как ты.

Николас правдоподобно вздохнул, словно действительно сожалея об этом.

Хэл был поражён произошедшей переменой. Перед ним стоял человек, источавший исключительно дружелюбие.

— Да и с друзей твоих даже волоска не упало, я приказал заботиться о них, точно о своих домашних животных, — рассмеялся Николас. — Так что не переживай. Думаю, мы могли бы договориться, и им бы смягчили наказание. — Николас подмигнул.

«Показушник» — подумал Хэл. Смутившее его добродушие Николаса явно было ни чем иным, как попыткой отвлечь его от предстоящего боя. Разумеется, имперские законы теперь стояли выше законов королевства, и так просто его друзьям смертной казни не избежать. Или всё же…

Стоп. Его несёт не в то русло… Что говорил Хирам? Из уст Николаса может течь нектар, но в мгновение ока он сменится смертельным ядом. Не верь ему.

К тому же… Зря он упомянул «животных». Хэл сразу же вспомнил Когтя и то, что он просто обязан отомстить.

«Охранники» принялись за его друзей, вновь нацепив на них цепи. Аро, поднявшийся с пола помоста, пошатнулся и едва не упал на одного из «охранников», и тот грубо толкнул его в грудь.

— Нельзя ли повежливее? — спросил Хэл.

По лицу «охранника» было видно, что, обернувшись, тот хотел ответить что-то резкое, но встретившись взглядом с Хэлом, промолчал.

Друзей Хэла увели.

Вскоре на балюстраде вновь показался легат, оглядывающий людей перед собой. А затем, так же внезапно, он сказал:

— Во славу Империи!

Дуэль началась.

Сигнал был подан, и в следующий же миг Хэлу пришлось выставить блок — Николас, стремительно приблизившись, атаковал рубящим в голову, тут же переводя его в укол, от которого Хэл увернулся, развернувшись на пятках и пропустив меч перед лицом.

Встречная атака встретила лишь воздух — его соперник разорвал дистанцию.

Хэл недоумевал — он готовился к хитростям и уловкам, но Николас сначала высказал доброжелательность, а теперь бился подчёркнуто вежливо, с уважением к сопернику.

Хэл прыгнул следом и перешёл в атаку.

Между двумя мечами сверкали искры, когда они встречались в воздухе. Толпа, замолкшая при появлении легата, принялась поддерживать Николаса, когда тот переходил в атаку, и освистывала Хэла, когда инициатива переходила к нему.

С лица Николаса не сходила полуулыбка, словно он не бился насмерть, а давал урок ребёнку. Хэла это злило, но он сдерживал свои эмоции.

При очередной размашистой атаке Николаса Хэл едва не проиграл на месте — отступая, он занёс ногу над пустотой, стоя на краю помоста. Ему пришлось осуществить рискованный кувырок в сторону, чтобы не проиграть.

Впрочем, и это оказалось едва ли не решающей ошибкой. Как говорил Хирам, атака не просто лучшая защита, это вообще единственно возможная защита. В кувырке Хэл не мог контратаковать Николаса, и тот тут же воспользовался потерей опоры соперником.

Хэл не успел встать, как, на него обрушился целый град из ударов. Хэл едва успевал отразить их все, но в конце концов подгадал момент, когда Николас сделал слишком широкий замах, и сделал быстрый «тычок» клинком.

Алые капли вновь оросили помост. На левой щеке Николаса кровоточила царапина — в последний момент тот успел увернуться.