Она почувствовала… готовность.

Она не собиралась стоять в стороне, как Веспера, и позволять Гизеле все разрушать.

Она собиралась дать отпор.

Но когда Софи потянулась за спину, чтобы схватить Надежду, ножны были пусты.

Быстрый взгляд на выражение лица Кифа дал понять, что у него все получилось… и подтвердил, что она была права насчет того, что он планировал.

Софи понятия не имела, когда он это сделал, но она могла накричать на него за это позже.

Сначала им нужно было пережить это.

— Странно, что ты кажешься такой равнодушной к тому, чтобы обречь своего гоблина на смерть, — заметила Гизела, напомнив Софи о дополнительных осложнениях, к которым ей нужно было подготовиться. — Это то, что случится с твоим телохранителем? Или она просто решила отказаться от тебя?

— На самом деле, Ро занята, пытаясь уничтожить еще больше предателей, — сказал Киф. — Может быть, в следующий раз мы отправим ее к троллям, посмотрим, сколько времени пройдет, прежде чем они поймут, что им нужно бросить тебя… как и всех остальных, кто когда-либо совершал ошибку, переходя на твою сторону.

«Киф собирается напасть на свою маму», Софи передала Фитцу, Марелле и Маруке, соединив все их разумы вместе, чтобы они могли общаться. «Я собираюсь остаться и помочь, но вам нужно убраться отсюда, пока Гизела отвлекается».

«А как насчет Сандора?» спросил Фитц.

«Гизела не причинит ему вреда… пока. Не тогда, когда ей нужно использовать его в качестве рычага давления. И, надеюсь, мы сможем довольно быстро уложить ее и схватить этот наушник… приказать ее троллям отступить или… я не знаю. Я все еще пытаюсь во всем этом разобраться. Но вам нужно попасть в безопасное место. Возьми это», — она вложила звездный камень в руку Фитца, — «и отправь обратно какую-нибудь помощь, если сможешь. Но в любом случае у нас все будет хорошо. Я могу постоять за себя против любых троллей, которых приведет Гизела. И Киф может справиться со своей мамой».

Она была очень впечатлена тем, как уверенно она говорила.

Но ее друзья выглядели менее убежденными.

«Э-э, для этого тебе понадобятся мои силовые поля», — возразила Марука.

«И тебе понадобится мое пламя», — добавила Марелла.

«И я иду прямо за мечом Сандора», сказал ей Фитц. «Я знаю, ты пытаешься защитить нас прямо сейчас, но ты попросила нас прийти сегодня, потому что знала, мы тебе понадобимся. Так давайте же поможем».

Софи прикусила губу.

«Если вас ранят…»

«Это наш выбор», вмешалась Марука. «И никто из нас не предложил бы остаться, если бы мы не были готовы к этому».

«И нам, вероятно, не стоит больше тратить время на споры», напомнила им Марелла.

В этом она была права.

«Ладно… хорошо, но мне нужно, чтобы вы пообещали мне: если Гизела щелкнет пальцами, или вы увидите хоть какой-то след от одного из этих хрустальных осколков, вы уберетесь отсюда так быстро, как только сможете. И если со мной что-то случится, вы бросите меня. И…»

«Вау, это такая отличная ободряющая речь!» вмешалась Марелла. «Я чувствую такое вдохновение!»

Софи не смогла удержаться от улыбки.

«Итак… мы делаем это, верно?» спросила Марука. «Когда я должна отключить силовое поле?»

Софи оглянулась на Кифа, отметив, как он продолжал медленно приближаться к своей матери.

«У меня такое чувство, что Киф даст нам знать.»

Он придвинулся немного ближе.

Потом еще немного.

И еще немного после этого.

Но Гизела нахмурилась, когда он сделал еще один шаг.

— Что ты делаешь?

— Разве сын не может просто хотеть быть поближе к своей матери? — спросил Киф.

Ее поза стала напряженной.

— Хватит!

— Ты знаешь, я только что подумал о том же самом, — сказал ей Киф. — С меня определенно хватит.

И с этими словами он сделал выпад изо всех сил.

Гизела легко увернулась от него, предупредив:

— Ты за это заплатишь, — когда четыре тролля вырвались из-под земли.

— Хочешь поспорить? — закричала Софи, когда Марука сбросила их силовое поле.

Фитц схватил меч Сандора и бросился в атаку, в то время как Марелла выпустила шквал огненных шаров, а Софи закрыла глаза, пытаясь отключиться от всего.

Она не могла думать о реве, воплях и хрюканье.

Она нырнула глубоко в самые темные уголки себя, позволив гневу и ярости разрастись.

Представляя лицо Сандора, когда тролли тащили его вниз.

Выражение лица Кифа каждый раз, когда ему приходилось признавать, что он изменился.

Легкое спокойствие Гизелы после совершения убийства.