И во втузе он, между прочим, начал совсем неплохо учиться. Сестра будущей жены Галина, ставшая позже кандидатом физико-математических наук, занималась с Эдуардом и отмечала его несомненные способности к техническим дисциплинам. «ВТУЗ я бы обязательно закончил», — уверял он позднее.

...Так в повествование вновь незаметно вошла женщина. Это потому, что в нашей жизни всё переплетается. Надо сказать, что восстановить отношения с бывшей женой Эдуарду не удалось (хотя некоторые шансы имелись), зато начался новый роман. Со счастливым продолжением.

С Раисой Михайловной Фатеевой Эдуард познакомился вскоре после выхода из колонии. Даже дата знакомства известна: 12 февраля. Девушка была тоже местная, с Автозаводской улицы. Стоит, правда, признать: у него, вышедшего на волю после лагерного кошмара, буквально кружилась голова от того, что можно вообще видеть женщин, вновь общаться с ними, ухаживать, пользоваться их вниманием и благосклонностью. Поэтому будет и ещё одно знакомство примерно в это же время — со скорым, правда, расставанием (к чему вернусь значительно позже).

Весна того года для вернувшегося к нормальной жизни молодого человека получилась бурной и радостной, а отношения с Раисой развивались весьма стремительно. В августе 1963-го было подано заявление в загс, а в сентябре состоялось бракосочетание.

А. П. Нилин, прекрасно знакомый с Раисой Михайловной (у Стрельцова дома книга «Вижу поле...» и писалась), отметил: Эдуарду всегда нравились «крупные — в теле — женщины». Я бы, рассмотрев фотографии как первой, так и второй супруги великого футболиста, добавил: он совершенно точно любил женщин безоговорочно красивых. Так как обе жены именно такой оценки и заслуживают. То есть безупречный вкус проявлялся не только на зелёном поле.

И, конечно, новая семья, где 1 февраля 1964 года родился сын Игорь, очень помогла Стрельцову в предложенных судьбой обстоятельствах. Тут мало сказать обычные банальности (при их абсолютной справедливости): мол, получил крепкий тыл, налаженный быт, стабильность. Немаловажно и то, что Эдуард входил в семью, где не было мужчины. Отец жены и двух её сестёр, Надежды и Галины, скончался в 1958 году, как раз во время того страшного судебного процесса. И вышло так, что Стрельцов оказался в известной мере ответственным за счастливую жизнь не одной, а сразу четырёх женщин — хотя и разного возраста. Не исключено, что той ответственности ему раньше и недоставало. Потому что своеобразный «мужской груз» он пронесёт вполне достойно.

Но это будет позже, когда Эдуард Анатольевич встанет, по расхожему выражению, на ноги. А тогда, в 63-м, весь женский состав принял его с наивозможной душевностью и теплотой. Так Стрельцов разом стал и мужем, и сыном, и братом. Причём старшим братом. Не забудем к тому же такую деталь: Раиса трудилась в ЦУМе, и изрядное время, пока супруг не возвратился в профессиональный футбол, зарабатывала не меньше мужа с его инструменталкой и даже героическими испытаниями при ОТК.

Ведь супруга Эдуарда заведовала складом мужской одежды центрального московского магазина. Потому все в семье были нормально одеты и обуты. И ни о каких конфликтах в семье свидетельств не имеется.

Ко всему прочему, Эдуарда безусловно порадовало немалое количество благоприобретенных родственников. Буквально на первом же общем празднике он с удовольствием встречал объятиями и поцелуями только что полученных дядей и тётей. Они ещё толком и не были знакомы. Однако на него никто, опять же, не обиделся. Видно же было: всё идёт от души. От того, что очень уж он одинок, а те, кто ошивался рядом в «минуту славы», — куда-то делись с приходом нелёгких времён. Что же до Софьи Фроловны, то не может же, согласитесь, здоровый мужчина вечно держаться рядом с подолом матери.

Одним словом, обретение семьи для Эдуарда Анатольевича — большое и важное событие. Разумеется, не всё будет в дальнейшем безоблачно. Семейной жизни без ссор не бывает. Однако главное уже не изъять: у него появился собственный дом. Суть даже не в жилплощади (с которой в 60-е тоже сложится нормально, по заслугам) — имеется в виду духовное понятие, которое квадратными метрами не ограничивается. Такой дом принципиально всегда с тобой, даже если ты бог знает в каком отъезде.

Продвигались потихоньку и футбольные дела. А. И. Вольский, если помните, снарядил Стрельцова выступать за клубную — первую мужскую — команду «Торпедо». Но не мог же Эдуард при этом пропустить первенство самого автогиганта. Цеха тоже соревновались.

Лучше всего об этом расскажет А. Т. Вартанян:

«Слухи в странах закрытого типа, к коим на протяжении десятков лет относился и СССР, — альтернативные средства массовой информации, восполняющие или корректирующие официальный источник. “Стрельцов вернулся, облысел, погрузнел”, “играет на первенство Москвы, штук по десять-двенадцать забивает”, “народ на него валом валит”... В общем, всё так и было, за исключением количества забитых мячей... Скудная информация просачивалась лишь в ЗИЛовскую многотиражку “Московский автозаводец”, тощую газетёнку, предназначавшуюся для внутреннего пользования... Стрельцов в самом деле играл за заводскую команду в зимнем чемпионате Москвы. Результаты матчей газета сообщала нерегулярно. Побед я насчитал больше, чем неудач. В третьем туре, например, в принципиальном матче с “Динамо” автозаводцы выиграли 1:0. Гол забил Стрельцов. Опубликовала газета и таблицу первенства завода. Первым стал ОТ К, за который играл Стрельцов. Чемпион выиграл 11 матчей из 11 с общим счётом 34:5. Даже если все мячи забил Стрельцов, десять за игру не получается».