То есть можно говорить о понятии «на тоненького». Стрельцов всё-таки по основной специальности — центрфорвард, голеадор. Оттого, понятное дело, выбирал место рядом с либеро противника, на грани офсайда. Здесь важен технически безупречный пас, который способен разом вывести нападающего один на один с вратарём. Счёт, если о точности передачи, в данном случае идёт буквально на сантиметры. Посему понимание между отдающим и принимающим должно быть на уровне, который простым смертным и не объяснить. Хотя образец предъявить, пожалуй, получится. Шёл поединок в Минске против местных динамовцев. «И тут защитники минчан на какое-то время забыли о Стрельцове. Внешне всё выглядело элементарно просто: на 55-й минуте последовал пас из глубины поля на выход, молниеносный рывок Стрельцова, а техническую часть нападающий выполнил безупречно — удар, направленный в ближний угол, был из тех, что вратарями не берутся», — писал Михаил Супонев в «Советском спорте» 21 июня. Так, по идее, и должна была взаимодействовать атака автозаводцев. Но выходило подобным образом, прямо скажем, нечасто.

Потому и результаты ухудшились. К концу первого круга «Торпедо» залихорадило. Особенно на фоне мощно разогнавшихся киевлян. В 66-м, в отличие от 65-го, ни о каком равноправном соперничестве украинских динамовцев и московских торпедовцев и речи быть не могло. Подопечные В. А. Маслова играли на порядок выше вообще всех в Союзе и оформили чемпионство за шесть (!) туров до финиша. И Кубок чуть позже взяли.

Что же до «Торпедо», то вскоре команда сумела стабилизировать игру, даже добралась до тройки лидеров. И, пусть не обижаются остальные исполнители, — произошло это во многом благодаря активной, старательной (хотя бывали и редкие спады) игре Стрельцова. Нельзя, например, не отметить хет-трик с одесским СКА 19 июля, который был дополнен ещё и результативным пасом полузащитнику Ленёву. Несомненно, одесситы, покинувшие в том сезоне высший дивизион, не относились к соперникам экстра-класса, однако и забить, и отдать надо ещё суметь.

При этом журналисты всё чаше замечают, что усилия Эдуарда слабо и неохотно — и чем дальше, тем больше — воспринимаются партнёрами. В. Винокуров внимательно присмотрелся к игре с другой одесской командой, «Черноморцем», в Москве 11 августа: «Автозаводцы же поначалу катали мяч вдоль линии штрафной площади “Черноморца”, и только Стрельцов пытался найти какие-то неожиданные продолжения». Дальше в качестве иллюстрации: «И вот по левому флангу стремительно прошёл Стрельцов.

К его опасному прострелу, однако, никто из партнёров не успел».

Тему явно намечающегося одиночества образца 66-го разовьём потом. Сейчас же самое время перейти к другой заявленной теме: Стрельцов и сборная. Всё-таки, возвращаясь к коренному значению, в национальной команде собираются лучшие на конкретный момент футболисты страны. Причём собираются не куда-нибудь, а на первенство мира. И коли в клубе, не самом к тому же богатом и влиятельном, возможен недокомплект понимающих игру людей, то в сборной, по определению, такого быть не может. Тем более — в советской команде середины 60-х, когда было из кого выбирать. И когда наших на полном серьёзе боялись и уважали на зелёном поле. Вместе с тем советские мастера получили возможность учиться, и с освоением теории игры дело двинулось тоже. В какой-то мере 1966 год станет пиковым и одновременно переломным. Ибо дальше пойдёт, к сожалению, спад в нашем футболе, связанный, ко всему прочему, и с проклятыми «договорными» матчами.

А на тот момент губительная зараза не успела ещё захватить живой, здоровый организм: будто бы примеривался вирус, выделял уязвимые для атаки места, всячески маскируясь. Но силы не имел. Сборная, по крайней мере, точно находилась в безопасности. Это была крепкая, конкурентоспособная команда. Доказавшая в итоге свою состоятельность на прекрасных английских газонах.

Сборная обладала отменной задней линией. Возьмём вратарей: Кавазашвили уже налился игровой силой, а Яшин Лев Иванович так вообще провёл лучший чемпионат планеты из тех трёх, где пришлось участвовать. Оборона — тоже что надо: Хурцилава с Шестернёвым не затерялись бы в любом, убеждён, тогдашнем клубном первенстве любой могучей державы. А выступавшие по краям Владимир Пономарёв и Василий Данилов и сегодня, через полвека, выделялись бы, безусловно, в российском чемпионате, превосходя коллег и скоростью, и боевитостью, и игровым мышлением. Хавбеки — Воронин и Сабо — не нуждаются в дополнительной характеристике. Достаточно сказать: Валерий Иванович был включён в символическую сборную мира, а Йожеф Йожефович станет трёхкратным чемпионом СССР в составе киевлян под управлением Маслова.

С нападением дела обстояли не так радужно. Нет, фланговые форварды, Галимзян Хусаинов и Игорь Численко, отработали в целом хорошо — если не считать глупейшего удаления Игоря Леонидовича в полуфинале с немцами. Что же до нападающих центральных...

Н. П. Старостин в репортаже, переданном из Англии по телефону, осторожно заметил: «Не хочется верить, что в советском футболе невозможно найти пару центральных нападающих лучше Банишевского и Малофеева». Дальше наш «патриарх» пошёл «вглубь», насколько позволяли возможности: «И всё же наша сборная даже в этом составе играла со всеми противниками на равных. Достаточно было немного усилить нападение, чаша весов могла перетянуть в нашу сторону не только в матче с Португалией, но даже в игре с ФРГ».

Действительно, первенство 66-го года открыло для Советского Союза уникальный шанс.

Ведь серьёзно, по-настоящему у нас опасались только бразильцев. Потому что помнилось и первенство 1958 года, и триумф постаревших южноамериканцев в 62-м, и, главное, сокрушительное поражение в Москве летом 1965-го. Магия Пеле завораживала, да и всех остальных бразильских виртуозов (Гарринчу, Жаирзиньо, Парану, Жерсона, Беллини) у нас знали и боготворили. А двукратные чемпионы взяли и с треском провалили турнир.

Остальные соперники тоже пользовались уважением. Только ничего божественного наши в них не видели. Люди как люди, играют в футбол хорошо — так и мы не лыком шиты.

И вот после трудной, нервной четвертьфинальной победы над венграми, полностью возродившимися со времён Кочиша и Пушкаша, сборная СССР провела почти, подчеркну, равный поединок с западными немцами. И, действуя чуть не вдевятером после удаления Численко и тяжёлой травмы Сабо, после которой он с поля не ушёл, а играть мог процентов на 25, — «на флажке» сподобилась на классный голевой момент. Не случилось. А могло бы быть 2:2.