Шрифт:
Известный советский поэт Александр Твардовский в 1943 году написал стихотворение «Две строчки», в котором не побоялся бросить тень на Советско-финляндскую войну:
Из записной потёртой книжки Две строчки о бойце-парнишке, Что был в сороковом году Убит в Финляндии на льду... Среди большой войны жестокой, С чего — ума не приложу, Мне жалко той судьбы далёкой, Как будто мёртвый, одинокий, Как будто это я лежу, Примерзший, маленький, убитый На той войне незнаменитой, Забытый, маленький, лежу.14—17 апреля 1940 года состоялось заседание Главного военного совета РККА с участием как высшего командного состава с Финского фронта, так и командующих округов и армий. Выступивший на заседании Сталин подверг суровой критике Наркомат обороны и лично Ворошилова. Говоря об уроках Советско-финляндской войны, он подчеркнул, что культ опыта Гражданской войны помешал нашим командирам перестроиться на новый лад.
Главный военный совет принял решение по улучшению вооружения, оснащения, обобщения боевого опыта и другим мерам по укреплению боеспособности Красной армии.
По итогам заседания Ворошилов был смещён с занимаемой должности, на его место назначен Семён Константинович Тимошенко. Новому наркому обороны было присвоено звание Маршала Советского Союза.
Был снят с поста начальника Генштаба РККА маршал Шапошников с мягкой формулировкой «по состоянию здоровья». Его назначили заместителем наркома обороны СССР по сооружению укреплённых районов (УР). В Генштаб был поставлен генерал армии Мерецков, в январе 1941 года его сменит генерал армии Георгий Константинович Жуков...
7 мая 1940 года маршал Тимошенко принял от Ворошилова Наркомат обороны Союза ССР в присутствии комиссии в составе Андрея Жданова (председатель), Георгия Маленкова (секретарь) и Николая Вознесенского (член комиссии). В «Акте о приёме Наркомата Обороны Союза ССР тов. Тимошенко С. К. от тов. Ворошилова К. Е.» [288] отмечены серьёзные недостатки и упущения в работе Наркомата обороны по подготовке Красной армии к войне.
Смещённый с наркомства Климент Ефремович Ворошилов не был отправлен на задворки истории. Наоборот, Сталин повысил положение своего верного друга: Ворошилов стал заместителем председателя Совета народных комиссаров СССР, председателем Комитета обороны при СНК СССР.
288
См. Приложение 5.
ФАШИСТСКИЕ ОРДЫ ВТОРГЛИСЬ В СССР
И грянула гроза
О том, что Гитлер рано или поздно нападёт на Советский Союз, никто не сомневался, вопрос лишь в том: когда конкретно?
Всякое ожидаемое всегда приходит неожиданно. Парадокс — противоречие здравому смыслу, ситуация, не имеющая логического объяснения, может тем не менее существовать в реальности. Именно так случилось с началом войны фашистской Германии против СССР.
22 июня 1941 года. Предутреннее время — 3 часа 30 минут. Сосредоточенные вдоль советской границы на протяжении 3 тысяч километров от Балтийского моря до Чёрного немецкие войска: 120 дивизий и 2 бригады и на южном фланге — 13 дивизий и 9 бригад королевской Румынии без объявления войны вторглись в пределы Советского Союза.
Это было для советского народа неожиданностью, для руководства страны — шоком.
Четыре с половиной часа назад в Кремле закончилась череда совещаний, которые проводил Сталин. И вдруг...
Утром в субботу 21 июня нарком иностранных дел Молотов имел телефонный разговор с генеральным секретарём Исполкома Коминтерна Георгом Димитровым. Димитров сообщил о неизбежном нападении Германии на СССР. То, что ответил ему Молотов, он записал в своём дневнике: «Положение неясно. Ведётся большая игра. Не всё зависит от нас. Я переговорю с И. В. Если будет что-то особое, позвоню» [289] .
В тот же субботний день в Наркоминдел был вызван посол Германии в СССР Фридрих Вернер фон Шуленбург. Ему была предъявлена копия вербальной ноты [290] о нарушении самолётами Третьего рейха советских границ. Потом Молотов с тревогой спросил посла: «Что происходит, господин Шуленбург, в советско-германских отношениях?..»
289
См.: Безыменский Л. А. Гитлер и Сталин перед схваткой. М.: Вече, 2000.
290
Вербальная нота (лат. verbalis — словесный, лат. notas — записка, письмо) — в дипломатическом обиходе означает документ, который должен быть принят во внимание. Является основным документом, с помощью которого посольство и министерство иностранных дел страны нахождения посольства ведут дипломатическую переписку.
Приведу полностью запись беседы Молотова с фон Шуленбургом:
«21.06.1941.
Шуленбург явился по вызову. Тов. Молотов вручил ему копию заявления по поводу нарушения германскими самолётами нашей границы, которое должен был сделать тов. Деканозов Риббентропу или Вайцзеккеру.
Шуленбург отвечает, что это заявление он передаст в Берлин, и заявляет, что ему ничего не известно о нарушении границы германскими самолётами, но он получает сведения о нарушениях границы самолётами другой стороны.