И вот она – парадная линейка. Я вся такая красивая и совсем не обращаю внимания на то, как перешептываются одноклассники, а девчонки, прищурившись, сканируют меня с головы до ног.

– О, у Доски два прыща выскочило, поглядите-ка, – прыснула в кулак Ника Ткачева.

– Этой убогой уже ничего не поможет, – закатила глаза ее подружка Дина Кабаева. Странно, но Курочкиной рядом с ними не было.

– Хэй, Килька, слышишь? Не получилось у тебя из гадкого утенка в лебедя превратиться. Провал. – Но я на эту реплику даже не отреагировала. Просто отвернулась и уставилась вдаль.

Плевать! У меня сегодня знаменательный день, вообще-то, и никто не сможет его испортить.

Вот и какой-то симпатичный мальчишка улыбается мне и подходит ближе.

– Привет. Я Антон. Не против, если я встану рядом с тобой?

– Да, пожалуйста, – немного отступаю я, пожимая плечами.

– А я новенький, – снова улыбается он мне приветливо.

– А я старенькая, – и мы оба смеемся моей оговорке, – то есть я Алена. Будем знакомы.

– Будем, – кивает мне Антон, и я возвращаю ему улыбку под дружное перешептывание класса.

И так хорошо на душе. Прямо вот птички поют. И на первый урок в этом учебном году я иду не одна, а с новеньким, который дружелюбно рассказывает мне о том, что он переехал в наш город, потому что его отец военный и приходится много колесить по стране. Милый парень. И когда он просит сесть со мной рядом, я с радостью соглашаюсь. Ведь с первого класса я всегда сидела одна. Никто не хотел сидеть с аутом, неудачницей и Доской.

А теперь вот. Соболевского нет и началась новая жизнь!

Звенит звонок, и я раскладываю на столе принадлежности, слушая почти беспрерывную болтовню Антона. И я не против, со мной в школе никогда никто так много не говорил. Я немного стесняюсь его неожиданного напора и внимания, но стараюсь не шарахаться и вести себя адекватно. Вроде получается.

– Можем, если хочешь, прогуляться после занятий. Покажешь мне достопримечательности района, – предлагает Антон, а я смеюсь.

– Ты же в июне переехал.

– Черт, не проканало. Ладно, я за урок что-нибудь еще придумаю, – пожимает плечами, и нам приходится замолчать, так как в класс входит учитель.

А спустя минуту дверь открывается вновь, и я забываю, как дышать.

Трескаюсь. Лопаюсь. Разлетаюсь на куски.

– Опоздал. Виноват, – слышу я ненавистный ленивый голос и чуть не рыдаю от разочарования.

О нет! Какого черта он тут делает?

Глава 8 – Первый блин

POV Алёна

Я думала, у меня начались галлюцинации, но нет. Вот он – мой самый страшный кошмар – стоит и, прищурившись, смотрит на меня, а потом и на новенького Антона. В глазах плещется ненависть, а рука до скрипа сжимает кожаную лямку рюкзака. Я сглатываю, но на этот раз не отворачиваюсь в страхе, а вопросительно приподнимаю одну бровь, хотя и не чувствую особой уверенности в том, что делаю.

– Соболевский, ну, проходи же! – поторопил его учитель.

– Угу, – кивнул он, ухмыльнулся криво и двинулся к задней парте, на ходу получая приветственные выкрики своих прихвостней.

– Здорово, Соболь!

– Привет, чувак!

– Как оно?

– Ну ты красава, опять загорел до черноты.

– Отставить разговоры, класс! – гаркнула учительница, но ее мало кто воспринял всерьез, поэтому разговоры не прекратились, хотя и стали чуть тише.

Началась перекличка. Дошло до меня, а потом и до новенького.

– Карташов у нас тут кто?

– Я, – поднял руку мальчишка.

– Новенький, значит? Ну, рассказывай, откуда к нам пожаловал. – И рукой дала знак ему встать.

– Привет всем! Меня зовут Антон Карташов, я приехал к вам из Владивостока. Увлекаюсь баскетболом. Ярко выраженный гуманитарий, но таблицу умножения знаю, – и тут класс довольно заурчал, – ну вот, пожалуй, и все. И да, рад, что буду учиться вместе с вами.

Но не успел никто ничего сказать, как с задней парты послышалось угрожающее:

– Это ненадолго.

Соболевский гад! Но Антон не стушевался, а повернулся к агрессору, дружелюбно отвечая:

– Мой отец военный. Эта школа уже пятая за семь лет обучения. Так что да, вполне себе возможно, что ненадолго.

– Сто процентов, – снова слышу голос упыря, и класс замер в ожидании стычки. Но ее не случилось. Антон лишь улыбнулся, покачал головой и повернулся к учительнице, полностью игнорируя Соболевского.

– Спасибо, Антон, можешь садиться, – ответила женщина. – Так, а Курочкина у нас где?