— Записка на полке в шкатулке, — сухо напомнила старушка.

Она продолжала немного злиться на упрямство родственника, готового влезть в адское пекло непонятно зачем.

Алексей отыскал бумажку и спрятал в кармане, на этот раз отдельно от блокнота. Завтра выясниться, что нужно Сашке от попутчика.

— Баба Варя, не против, если я чемодан открою? — Он не стал долго тянуть.

— Давно же сказала, открывай, — одним движением она смешала карты, которые не желали ложиться так, как хотелось. — Давай его сюда.

Алексей расположил нелёгкую ношу на пустом столе. От заветной цели отделяла только крышка чемодана.

— Сколько дорог он повидал, — Варвара погладила потёртую поверхность, посмотрела с нежной печалью. — Отец Михаила его покупал. А ключа два было. Куда подевался, бог знает.

Покружив по кухне, Алексей вооружился ножом, потом передумал.

— Может, шпилькой? Как это обычно делают?

Взламывать замки он, конечно, не умел. В кино всё выглядело легко — несколько движений, щелчок и замок сдавался. Без сноровки же ничего не выходило.

— Не хочется его резать или отламывать запоры.

После осмотра замков стало очевидно, что выломать железки будет не так уж просто.

— Я соседа позову. — Варвара уже была в коридоре. — Он по замкам мастер.

— Нет-нет!

Наверное, Алексей слишком поспешно и громко закричал. Баба Варя замерла с испуганным удивлением, приложила руку к груди.

— Что ж так пугать-то, Алёша. — Она перевела дух.

— Прости. — Непутёвый родственник подхватил старушку под руки, усадил на табурет. — Я подумал, что там… Что-нибудь секретное. Семейная тайна. — Не хотелось ему упоминать «Сакральный дар» при Варваре.

Ему удалось развеселить бабу Варю. Она так заразительно смеялась, что историк и сам не сдержал улыбки.

— Какой ты смешной, Алёшенька, — она выдохнула, смахнула весёлые слёзы с глаз. — Хорошо, что приехал, давно так весело не было. Сам подумай, какие такие тайны у нас могут быть?

— Откроем чемодан и узнаем. — Он не желал сдаваться.

Остаток дня и половину следующих суток Алексей потратил на изучение замков. Крутился вокруг чемодана, колупал пальцем стыки железок, испробовал нож. Так ничего и не вышло. Уж больно жаль было портить фамильную древность. Варвара ворчала, что стол полностью оккупирован неугомонным внуком.

Всё время возни с чемоданом историк не забывал о записке от Сашки. И не заметил, как подошло время встречи. Часы показывали без двадцати шесть. Оставалось немного времени, чтобы решиться и дойти до гостиницы, а он продолжал сомневаться. Не принесёт ли ему новые неприятности встреча с насмешливым попутчиком? Но любопытство победило доводы острожного разума.

— Баба Варя, я ухожу!

Крикнув из коридора в глубину квартиры, где судя по звукам и ароматам баба Варя опять затеяла какие-то вкусности, Алексей выбежал на улицу. В спину донеслось:

— Будь благоразумен! Прошу тебя…

Снаружи отчётливее стало понятно, что осень близко. Поднялся ветер, осыпав умирающую листву. Холодом прохватило руки, и Алексей спрятал ладони в карманах куртки. Так он и пошёл в сторону гостиницы с французским названием и прозаическим настоящим.

Темнело быстро, и он чуть было не пробежал мимо. Неоновая вывеска даже и не думала светиться. Посмотрев на часы, Алексей убедился, что успел. Ветер продолжал задувать, унося сухую листву ближе к железной дороге. Через окно он увидел Маринку за стойкой: с недовольным лицом она перекладывала бумаги, что-то смотрела в своих журналах. Печальная память о Борисыче мягко прошлась по сердцу. А ведь Маринка после ссоры с бывшим ментом сказала…

Алексей попытался вспомнить точную фразу. Она упоминала «библиотекаря», «он будет решать».

Воробышев? Кто из мужчин, кроме него, работает в библиотеке?

Казимир Смуров? Кто-то ещё?

Неприязнь к Воробышеву уверенно поддакивала, приписывая ему особое влияние на жителей. Только улыбчивый, но слишком сладкий смотритель музея подходил на роль тайного главы города намного лучше.

У Оксаны были дела и с ним, что тревожило. Алексей успокоил себя мыслью, что представитель фирмы слепо тыкается во все двери, чтобы разыскать нужную ему вещь. Скорее всего так.

Дверь гостиницы распахнула решительная рука.

— Как всегда! Ни одного фонаря! — Звонкий смех Сашки ударил в осыпающиеся и дряхлеющие стены. — Вечно мы попадаем в города, которых и на карте-то нет.

Он вышел на улицу первым.

— Не самый плохой вариант, — отозвался спокойный голос.

Его приятель показался следом.

— Пришёл! — Широкая улыбка придала лицу попутчика мальчишеского задора.

Сашка, как обычно, захватил инициативу, приветственно тряс Алексею руку и насмешливо косился на своего спутника, скрытого густой тенью.