— Мариетта! А вашему сыну можно помочь? — растеряно спросила Алейна.

— Если это в моих силах, то я всё сделаю, — уверенно произнесла она, обняв плачущую королеву.

Мариетта была ей очень благодарна. Ещё не зная что нужно делать, Алейна уже готова рваться в бой.

— Ты можешь помочь, наверно…, - растеряно сказала Мариетта.

— Вы не уверены, что я смогу помочь? — недоумённо прошептала Алейна.

— Мне нужно у тебя кое — что уточнить, а потом я тебе скажу сможешь ты ему помочь или нет. Дело в том, что двадцать лет назад он звал на помощь женщину по имени Лена. А сейчас как он тебя звал? Какое имя Марик произносил?

Мариетта была напряжена и взволнована. Она ждала что сейчас скажет Алейна.

— Он тихо звал Алейна…

Мариетта огорчилась, значит эта женщина не сможет помочь сыну. Алейна ненадолго задумалась…

Что было двадцать лет назад…

— А двадцать лет назад меня сбила машина. Пьяный водитель выскочил на автомобиле на троллейбусную остановку в час пик и врезался в толпу. Среди них и я была. Моя жизнь висела почти месяц на волоске между жизнью и смертью. Я лежала в больнице в коме, но выжила. На Земле меня звали Леной.

Мариетта радостно взглянула на неё, всё сходится!

— Алейна, деточка, ты наша спасительница, — прошептала она, обнимая женщину.

— А что я должна сделать? Мне пока непонятно, — растерянно произнесла она.

— Умоляю, тебя… Полюби, если сможешь моего… Марика.

Алейна недоумённо посмотрела на королеву. Она смутилась от такой неожиданной миссии. Оказалось, что она должна полюбить ещё и Марика! Но как это возможно?

— Мариетта, вы как женщина должны меня понять. Нельзя полюбить кого-то по щелчку пальцев.

Я не могу вам это обещать, извините. Я не хочу, чтобы вы потом обижались.

Мариетта понимала Алейну, но ей хотелось, чтобы сын стал здоров. Её сердце разрывалось на части.

— Я могу заходить к вашему сыну и проводить с ним какое-то время, это я обещаю. Но полюбить….

Мариетта в душе была рада, что Алейна не отказывается навещать сына. Кто знает, может ему удастся растопить её сердце и полностью излечиться. На это была маленькая надежда.

— Хорошо, Алейна. Я тебя понимаю и буду тебе очень благодарна, если ты будешь навещать сына.

За ним ухаживают роботы, чтобы ты не удивлялась, что рядом с ним никого нет. Ты можешь свободно заходить в его покои в удобное для тебя время. Роботы исчезают, становятся невидимками, когда дверь открывается. Об одном прошу, никому не говори о Марике. Никто не должен знать, что ты его навещаешь.

Алейна вопросительно посмотрела на неё.

— О Марике знаем только мы с королём и Артурос с Анией, теперь и ты. У остальных стёрли из памяти всю информацию о нём. Роботы никому ничего не скажут и не предадут.

— Вы кого-то боитесь? — взволнованно поинтересовалась Алейна.

— Да… Мести. И, пожалуйста, давай не будем об этом говорить, мне тяжело, — попросила Мариетта.

— Хорошо, — согласилась Алейна.

— Как скажете.

Мариетта не стала рассказывать Алейне о своём видении и что нужно сделать, чтобы Мари — дэль Вито стал настоящим мужчиной. Она боялась испугать Алейну и порвать тонкую ниточку надежды, которую ей дала Алейна. Сейчас ей нужно было перевести разговор в другое русло.

— Девочка моя, ты сейчас можешь назвать любого полюбившегося тебе мужчину женихом и ни у кого об этом не спрашивать. Можешь встречаться с ним в любое время, когда захочешь.

— И Ратибор может стать моим женихом? — неуверенно спросила она.

— Конечно, дорогая. До замужества ты сама выбираешь женихов сколько захочешь, а уж потом только с мужем. Фридерика предупредишь, как появится, что Ратибора тоже считаешь своим женихом. А Ратибору ты уже сказала, что Фридерик твой жених, — улыбнувшись проговорила королева.

— Но Ратибор бедный, у него ничего нет. Разве так можно? Ведь Фридерик принц…, - растеряно спросила Алейна.

— Для тебя всё можно. А мы с Витольдом побеспокоимся, чтобы он чувствовал себя уверенно среди королей, если ты захочешь считать его своим женихом. Отдыхай, дорогая. Ратибор скоро придёт. Я пожалуй тоже пойду отдохну. Слишком много эмоций на сегодня. Она вспомнила, как погибли её два мужа… и сердце отозвалось болью.

Мариетте снова хотелось навестить сына, ей не терпелось взять его тёплую руку в свою и поговорить.