– Нет, – мотает головой Эмбр. – Они чересчур добры ко мне, – Эмбр замолкает минуту, создавая крайне неловкое молчание, после чего произносит: – Кстати… Всё хотел спросить… Почему ты называешь меня однопалым братом? У меня девять пальцев, как и у тебя.

– А-а, ну… – я думаю, как правильно выразить свою мысль. – Смысл не в том, что палец у тебя один, а в том, что одним отрезанным пальцем мы друг с другом связаны. Наши личные корневые узы. Ладно, этот разговор становится слишком неловким.

Эмбр начинает громко смеяться и я осознаю, что впервые вижу смеющегося Анхима. Всё-таки они похожи на привычных мне людей куда больше, чем может показаться.

***

Я покидаю Великий Северный лес вместе с Андреасом и Анастрой. Я вновь оставляю за спиной места, в которых я сыграл очень большую роль. Невольно вспоминается день, когда я точно также бежал из Сирвийской империи.

Но сейчас всё иначе.

Тогда я оставил за собой оковы раба, но даже не подозревал, что внутри меня есть цепи куда страшнее рабских.

В Великом Северном лесу я узнал каково нести бремя правителя и отвечать за других людей.

Я понял, что люди никогда не смогут жить по законам природы, ведь следование своим собственным законам и делает нас людьми.

Я избавился, наконец, от гнёта своего отца и покойного брата. Покидая Северный лес, я чувствую себя практически новорожденным. Теперь я волен искать свой путь и следовать своим мечтам, не оглядываясь на мнение семьи.

– Но перед этим, дружище, тебе желательно излечиться от скверны, – говорит Ни.

Верно, дорогая. Надеюсь, в хвалёной Эдинхеймской республике найдётся достойный лекарь.