— Лижи на здоровье, — хмыкнула Юлия. Она намеренно допустила ошибку в слове. Возможно, кто-то из присутствующих подумает что им показалось, но явно не Томи.

— Ладно, я присяду, чтобы не лизать. Ой, то есть, не лежать, господи, ну и ляпнул.

И теперь обе воительницы: чёрная полковница и алый нож взглянули на него немного иначе. Казалось бы, простая преднамеренная оговорка, а как произвела впечатление на женщин. Одна из них случайно облизнула губы.

— Да уж, Романов, ляпнул так ляпнул. Возьми себя в руки. О состязании нужно думать, а не всяких похабных вещах. — с легким укором произнесла Юлия.

— Когда кругом столько прекрасных дам, в голову и не такое приходит, — почесал Томи щеку. — Впредь буду стараться не думать, простите меня.

— Простим его, дамы? — спросила Юлия.

— Ты прощён, Романов, — кивнула худая брюнетка Нина.

— Можешь думать обо мне что хочешь, — усмехнулась блонда Виола. — Если это поможет состязанию.

— Мне, вообще, всё равно, — произнесла Катерина. Кажется, она была обижена на Томи за прошедший разговор.

— Раз мы всё уладили, продолжим обсуждение.

— Да, давайте. — кивнул Томи.

— Думаю, никто не будет против, если я буду капитаном нашей команды на сегодня, — сказала Юлия.

Никто не был против.

— Если всех всё устраивает, то первым делом я хотела бы выдвинуть стратегию безопасности. Мы будем поддерживать друг друга. В случае опасности для жизни кого-то из группы, приоритетом будет спасение члена группы, а не победа. Согласны?

— Согласен, — кивнул Томи. Это ему по душе.

— Согласна.

— Я тоже.

— И я.

— Отлично. — улыбнулась Юлия и перевела взгляд на Катю. — Я согласна с тем, что сказала Катерина. Для начала нужно увидеть полигон и узнать подробности задания. После этого и выстроить стратегию. При этом есть небольшой нюанс. Мне известны силы противников.

Почти все удивились. Откуда Ворониной известны силы противника? Юлия выставила руку и произнесла:

— Юрий. Список.

— Да, Госпожа, — гвардеец протянул мятый лист бумаги с записанными на ней цифрами.

— Здесь номера первой волны участников. Мои люди записали и сверили их с лицами на видеозаписях турнира. Я отметила самых опасных из противников, о которых мне известно, — сказала Юлия.

— Хорошая работа, — похвалил её Томи.

— Я здесь для того, чтобы побеждать, — хмыкнула Воронина, мол её подход соответствует.

— А я отдохнуть приехал, — саркастично ответил Томи.

Однако, никто не понял, что он пошутил.

— Это шутка, — добавил Томи, видя серьёзные лица. — Ну и ладно, — понял он, что они уже составили мнение о его пребывании здесь…

* * *

Через час на нейтральную территорию въехали длинные белые автобусы. Томаса провожали гвардейцы:

— Удачи, господин!

— Не стойте под дождём, — сказал он им в ответ, затем взглянул на Казбека и Баринову. — Запомните, что я сказал: позаботьтесь в первую очередь о себе на состязании, только потом думайте о победе.

— Есть! — ответили Казбек и Алёна. Они были выбраны жребием на другое состязание.

— Тоже самое касается и вас, — взглянул Томи на Фомичёва и Поповича. — Только попробуйте помереть. С того света достану и отправлю на карусель нарядов.

— Есть, господин! — с улыбками ответили бойцы.

— Ладно, всем удачи, я погнал, — подмигнул Томи и потопал под приливным дождём к автобусу. Его команда, почему-то состоявшая из четырёх женщин, уже погрузилась в автобус, который вот-вот отправится к полигону "Чёрный куб".

Томи залез внутрь транспорта. Здесь уже битком. Ещё бы. Всё-таки пятьдесят человек участвует в состязании. Все сиденья забиты иностранцами. Многие тут же недобро посмотрели на него. Он же молча пошёл по проходу между сиденьями. Столько ненависти и неприязни, что ощущалось даже в воздухе. Два раза Томи вырвал победу из чужих рук и, естественно, такое не могло остаться без внимания, так что теперь у каждой команды он был на виду.

— Романов! — махнули Томасу его товарищицы по команде.

Они сидели в самом конце автобуса. Он итак их видел, зачем махать будто они школьники какие-то? Томи без происшествий добрался до них. Воронина сидела с Виолой, а Катерина с Ниной. Рядом было свободное место с незнакомым иностранцем. Кучерявый француз сидел у окна, занимая одну половину сиденья.

Томи обратился к нему:

— Я присяду, не против?

Тот поднял кучерявую голову. Смотрев до этого на свои зелёные кроссовки, внимательно взглянул на Романова, буквально осмотрев с ног до головы: