— Мы услышали тебя, Жуков, — прервала его Юлия, понимающая, что если его не остановить, то это затянется надолго, а время поджимает. Нужно ещё распределить группу на закупку провизии. — Говорите следующий.

— В общем-то, я за второй вариант, — коротко ответил Муромов.

— Поддерживаю, — кивнул Астафьев.

— Я тоже за второй вариант, — сделал свой выбор Злобин.

Все взглянули на Томи.

— Я против.

— Ну кто б сомневался! — хмыкнул Калашников.

— Поясни, Томас, — довольно дружелюбным тоном произнёс Жуков.

— Мы не знаем что из себя представляют так называемые штабы. Что если это просто хижина? Или сарай? А его уничтожение позволит водрузить знамя? Об этом судья состязания не сказал, но что-то у меня закрадывается мысль, что не станет штаба — ноль баллов. Либо дисквалификация. Даже если ничего из этого не произойдёт, по Российской империи такое явно ударит. Так что Романовы предлагают следующее: выделить из бюджета средства на создание бомбы. Мой спец заминирует свободный штаб и подорвёт, тем временем группа быстрейших займёт любой из штабов и примется за оборону. Это звено должно состоять из сильнейших бойцов, однако, основную группу так же должны прикрывать умельцы.

— Ты сошёл с ума…

— Так и знал, что у тебя не лады с башкой, Романов, — съёжился Калашников. — Разрушить штаб — слишком низко.

— На войне все средства хороши, — не согласился с ним Томи. — Мы не только разрушим штаб, но и создадим противостояние. Кому-то штаб не достанется и он решит отбить его у других. По логике отбивать отправится к слабейшей команде.

Никому из глав кланов это не понравилось.

— Ты — псих. Я против.

— Я тоже.

— Второй вариант лучше.

Даже Катерина взглянула на Томи с ещё большим отвращением. Он точно больной.

Воронина же хмыкнула: «Так вот какой ты, кровавый наследник… Безумный человек. Ты опасен…»

Томас не удивился, так что ответил спокойно:

— Если для вас это всё детская спортивная игра, то окей, я больше не вмешиваюсь.

— И отлично! — хмыкнул Владимир.

— Раз со всем разобрались, — произнёс Грозный, так же странно поглядывая на Томаса. — То выделим группу для закупки провизии.

— И охраны, — вставил пять копеек Жуков.

— И охраны, — кивнул Грозный. — Думаю, будет честным выделить из каждого клана по два бойца.

— Согласна.

— Согласен.

— Подтверждаю.

Все проголосовали За.

— Я против.

— Да что с тобой такое, Романов? — взглянул на Томаса Муромов.

— Я отправлюсь со своим кланом вперёд и займу штаб. Так будет выгодней для всех, — пояснил Томи.

— И в чём же выгода? — спросила Воронина. Ей искренне было интересно. Пожалуй, как и остальным.

— Я заполучу штаб и сохраню его до прихода всей команды. Знамя можете оставить себе, — указал он на флаг империи, который держал гвардеец, подчинявшийся Александру Грозному. — А если не выйдет, и меня схватят в плен, уверен, вас это сильно не расстроит, и потерянный балл не такая и большая цена за выбывание Романовых из игр.

— Решил заняться самопожертвованием, Томас? — спросил Муромов.

— Я не доверяю ему, — буркнул Калашников. — Если он задумает подложить свинью? Отпускать Романовых вперёд— ошибка.

— А я напоминаю, — произнёс Жуков. — До начала состязания осталось шесть минут. Не забывайте про распределение групп.

— Депозит в любом случае не в моих руках, — пояснил Томас. — А изготовить бомбу из говна и палок даже мой спец не способен. Будь спокоен, Калашников.

— Хм, — хмыкнул Грозный. — Если Романовы застолбят штаб и удержат его, это будет отлично. А в случае неудачи, мы потеряем низший клан.

— Не велика потеря, — произнёс Владимир.

— Тогда голосуем: кто за предложение Романова?

— Соглашусь.

— Пожалуй, и я.

— Согласна.

— Я тоже даю согласие на манёвр Романовых.

— Согласен.

— Не против, — положил Калашников руки на грудь. — Попасть в плен к врагу, такое точно станет позором.

Томи не стал реагировать, потому что не собирался попадать в плен, только ухмыльнулся и произнёс:

— Удачи в вашем марше. И не просрите провизию, — незатейливо махнув ладонью, он отправился к своим бойцам.

— Надменный щегол.

— У меня чувство, что он что-то задумал.

— У меня тоже…

Через четыре минуты команда Российской империи распределила состав согласно своей стратегии. Остальные страны так же были готовы к марш-броску к полигону "Север". У каждой команды были свои тактики и мысли насчёт данного этапа противостояния, но то, что это будет не просто бег на дистанцию осознавали все.

Крылов, как и тысячи зрителей, наблюдал отсчёт последних десяти секунд на циферблате. Крики зрителей переполняли арену: