После полигона к Аише и королеве привели Энсини. Кошкодевочка с утра во дворец притопала и ждала свою покровительницу. Раньше бы её даже не пустили, да мало ли что там её высочество предполагали, принимая к себе на службу одаренную: все пажи, друзья, охранники принцессы — прерогатива их величеств. После подвигов на стезе магического возвышения и унасекомливания всяческих монстров, расклад конечно поменялся. Но любопытство Найзирии такое нисколько не уменьшало, даже увеличивало, и я королеву понимал. Обязательно надо смотреть с кем твоё дитятко будет героически превозмогать врагов во славу династии.

Я покивал довольно головой, любуясь этой красоткой. Как же мне повезло с ней. При том, что я даже не хотел её спасать поначалу. Невероятная ситуация: будто на экзамене вытянуть хороший билет. В кино.

— Чего это Джерк, ты так на меня смотришь? — опасливо спросила она, — даже не думай, отжиматься я не буду и приседать тоже.

— Смотрю и думаю, — честно сказал я, — как же удачно расположились молекулы кератина на твоем лице. Её высочество вельми бела, красотою лепа, губами червлена, бровьми союзна.

Принцесса недоуменно сморщила носик. Химию, биологию здесь не преподавали, Булгакова она не читала, а старошайнский диалект на котором я попытался цитату выдать, звучал как приглашение на сеновал. И в этом было своё очарование!

Как-то так она решила, вцепившись бойко в меня своими ручонками, а затем губами. Мы переместились незаметно к эвкалипту, помяли траву у фонтана со скульптурой, под негодующие писки макаки, решившей неудачно там попить. Потискались в зарослях будлея, помяли цветочки каликанта, докатились до лежака, там я загородился от неё скамеечкой и тяжело дыша сказал, что с утра кашлял.

— Тюлений бы позавидовал таким гулким душераздирающим звукам, — поклялся ей и начал блефовать, — вот в купальню запросто схожу с тобой, там хотя бы не увидит никто, чем мы занимаемся, заодно подлечусь.

Тут некстати ожил внутренний голос и сразу принялся глумиться.

«Я конечно понимаю, — важно сказал он, — что Джерк сирота, но не был ли его папанька попаданцем с Земли? Со знаковым именем Бенни? Шоу-то вы знатное устроили.»*

И заржал, скотина нафталиновая.

— А ты плавать-то умеешь? — прищурила Аиша свои лазурные прожектора.

— А мы и не будем, — прищурился я в ответ.

— Ты дурак, Джерк Хилл, — покраснела она и топнула ножкой, — дурак, дурак, дурак! Портишь очарование прекрасного вечера своими пошлостями. У меня даже живот заколотило от негодования!

Я рискнул выйти из-за скамейки. Страстный порыв принцессы прошел, сейчас она себя контролирует. Нет, я её понимал: захотела игрушку — их величества десять притащат. Захотела в магию — вот тебе прабабушкина волшебная палочка, один из сильнейших артефактов Неста… При этом воспитали её достойно, а то что башню у неё бывает сносит — ха, у миллионов девчонок по первой любви такое бывает.

— Раз вибрирует живот, — наставительно обратился к ней, — значит кто-то в нём живет. Тщательнее крабика-то пережевывать надо было!

Присел на скамейку и пригласительно постучал по месту рядом.

— Я расскажу тебе историю о Трутоме. Давным-давно, в одной далёкой Галактике, — переиначил историю шотландского фольклора и известной космооперы, — пел людям свои песенки один красивый бард. Работа нескучная, платят натуральными продуктами, многих девиц пощупать можно в процессе.

Принцесса подвинулась ближе, и я её приобнял левой рукой. Это всё только ради реализма кроссовера шотландской баллады и космической саги, а не то, что вы подумали.

— Жил он в общем не пыльно. — вещал я окрыленно. — Там овцу поможет из грязи весенней вытащить фермеру, здесь споёт на ярмарке, в доме каком забор камнем подопрет. К успеху шел бард, к тотальному признанию: сердечкам на заборах со своим именем и камням в спину от местных парней. Всё шло хорошо, пока на его пути не появилась королева тайного народца из Неверландии.

Зеленый шелк — ее наряд,

А сверху плащ красней огня,

И колокольчики звенят

На прядках гривы у коня.

В истории Тома-Правдорубца каждый найдет что захочет. Историю о сексуальном семилетнем рабстве. О долге и ответственности. Предательстве и верности. Всего делов, красок своих в картину добавить. На современный лад я интерпретировал её для себя как историю о Музе. Отслужил семь лет на свою богиню, получай в награду: респект и монетизацию. В конце жди белых оленей, уносящих тебя в вечность. Эпично!

Хотя на самом деле с нотками грусти. Разбитые сердца, жизнь полная молчания, загадки, интриги. Да какая современная девушка будет ждать семь лет своего героя? Здесь из армии приходишь: не то, что девушка не дождалась — милфа встречает, необъятных размеров, с младенцем на руках.