— Ага, обхохочешься, — я скривился так, будто зажевал целый лимон. — Я уже представляю эту бой-бабу.

— Я могу много рассказать про её подвиги, — сын Пелея откровенно весилился за мой счёт. — Однажды…

— Благодарю, обойдусь, — невежливо оборвал я Ахиллеса. — Мы закончили на сегодня?

— Да, отдыхай, — неожиданно покладисто согласился тот и повернулся к Минотавру. — Астерион, друг мой. А не пропустить ли нам по чаше вина под пение сладкоголосых дев? Или сегодня Овидий даёт свои Любовные элегии! Давненько я его не слушал. Так что, идёшь?

— Конечно, — кивнул бык, и махнув мне рукой две легенды побрели к выходу с арены, что-то обсуждая по дороге, а я повернулся к Мико.

— Не хочешь сходить? — Смешер и нож заняли свои законные места. — Всё таки сам Овидий. Когда ещё такое услышишь.

— Ты тоже самое про Гомера говорил, — рассмеялась японка. — они каждый день выступают. И дерутся за место в очереди. Забавные такие.

— Это Маяковского тут нет или Есенина. — тоже улыбнулся я. — Они быстро бы показали кто тут главный. Как саданули бы под сердце финский нож и всё, пиши письма мелким почерком. Так что идём?

— Давай просто посидим дом… в комнате, — Мико вовремя поняла, что именно чуть было не ляпнула и исправилась. — Ты устал, тебе надо отдохнуть.

— И ты как порядочная японская женщина естественно первым делом заботишься обо мне, — кивнул я, сделав вид, что не заметил её оговорки. — Ну давай так. А то Ахиллес действительно меня помял.

Добрались мы быстро и уже через полчаса я блаженно растянулся в горячей воде бассейна, чувствуя как из мышц уходит усталость и боль. И когда плеч коснулись тонкие пальцы лишь улыбнулся, не открывая глаз. За две недели мы сблизились с Мико, ну оно и не удивительно когда ешь, спишь и моешься вместе. К тому же японцы как и греки не испытывали особого пиитета перед обнажённым телом, так что пришлось соответствовать. Как говориться, в Риме поступай как римлянин.

Но при этом последний шаг мы всё же не сделали, хотя признаюсь это было непросто. Всё же фигурка у Мико просто загляденье, да и характер тоже замечательный. Лично я всё для себя решил ещё тогда, когда отправился за ней в царство мёртвых, но всё же не хотел, чтобы для девчонки секс было формой благодарности. Всё же я бы и за Матвеем тоже пошёл, но это последнее что мне от него надо. Вон пусть Белку радует.

— Ты уверен, что надо драться с это Ифито? — Мико продолжила разминать мне плечи и всё же не удержалась от вопроса. — Судя по рассказам Ахиллеса она очень опасна. Может мы просто убежим?

— Можем, но это будет означать, что мы проиграли. — я покачал головой. — И не бойся, я смогу победить. Так или иначе. Борьба это хорошо, но телекинез сильнее. Так что в крайнем случае запущу её на звёзды.

— Хорошо, — тут же покладисто согласилась идеальная японская женщина. — Как скажешь.

— Слушай, а сегодня какое число? — я вдруг понял, что потерял счёт времени. — Это на Игры мы приехали… потом там неделю… на дорогу примерно столько же, и тут…

— Второе августа. — подсказала Мико ещё до того как я закончил свои подсчёты. — Я веду календарь с тех пор как попала сюда. Могу показать.

— Да я тебе верю, — отмахнулся я и вдруг замер. — Второе?! Прикинь у меня сегодня день рождения. Девятнадцать лет жизни на Земле. И больше двух десятков вне её. Забавно да?!

— Поздравляю! — меня обняли и чмокнули в щёку. — Я когда маленькая была, мне мама всегда праздник устраивала. А потом когда переехали такого уже не было. В Японии это не принято.

— Мы тоже всегда отмечали. Друзей звали, соседей, — я улыбнулся вспоминая детство, а затем меня озарило. — А знаешь что?! Давай устроим праздник! Как тогда? Накроем стол, посидим. Что думаешь?!

— Давай! — воодушевилась моей идеей Мико.

На то, чтобы собрать на стол много времени не ушло. Вино, мясо, хлеб, зелень, даже сыр, всего этого добра хватало, надо было только попросить. Я замариновал шашлык, Мико построгала салатики, расставила оливки и прочую закусь. Вино опять же разбавили водой как тут принято, в приличном обществе. В качестве мангала выступил нарядный треножник, но я думаю никто не обиделся на это. Всё равно стоял без дела пылился. И вскоре мы уже сидели за обильным столом, поднимая бокалы. Звать никого не стали, сегодня был вечер настальгии по родине и детству, оставшемуся где-то там, далеко.

— С днём рождения, — японка мило улыбнулась и чокнулась со мной кубком. — Можно я не буду читать стихи? А то мне всегда это таким глупым казалось.

— Мне тоже, — по секрету шепнул я. — Особенно когда взрослые тётки начинают типа, что пожелать тебе не знаю, а ты стоишь и нихрена не понимаешь, в чём прикол. Не знаешь — не желай. Всё же просто!

— Ага! — Мико рассмеялась прикрывая рот ладонью. — Было такое! Или когда мужики начинают скабрёзные тосты говорить. Тоже слушаешь и не понимаешь, зачем тебе эти мальчишки, которых желают.