Обсуждение продлилось около часа и едва ли уже было чисто символическим. Затем началось голосование. Руки в это раз поднимались медленно и нерешительно. До сих пор кипели на отдельных трибунах горячие споры. Несколько человек проголосовали, а затем попросили аннулировать их голоса, что считалось очень дурным тоном, но случай был особый. Все это время я сверлил Сандиса взглядом. Тот, казалось, не обращал на меня внимания. Лишь раз я ощутил на себе укол его мимолетного, хищного взгляда.

— Двести два голоса За, сто тридцать пять Против, двое отменили голоса. — торжественно объявил Беро. — Кворум достигнут. Решение принято.

Зал вокруг меня взорвался смесью аплодисментов и негодующих возгласов. В этом шуме я слышал гром грядущих войн. Внешних и Гражданской, конечно. Я прекрасно помнил, что ни один из триумвиратов истории Рима моего прошлого мира не заканчивался без гражданки. Он позволял ее только отсрочить. Однако теперь я получу время, ресурсы, силы, политическое влияние. Фальвусу, как оказалось, такую роль некоторые уже предлагали, но он таки был флотоводцем и по итогам сам отказался. Слишком уж проблемно вставать меж двух огней. А мне терять особо нечего. Плюс я человек удобный в плане отсутствия родни. Меня можно росчерком пера определить в нужную семью, подобрать мне удобных, управляемых помощников. Нейтральная фракция Сената получила того, кто встанет между Карром и Сандисом. Обычно клин вбивают в дружбу. Моя задача вбить клин во вражду. Мол: Эй, уважаемые, тут теперь еще я есть. Третья точка опоры. Начнешь открыто действовать, так я помогу твоему врагу или добью истощенного победителя вашей свары.

Снова смотрел на Сандиса и не мог не улыбаться. Теперь мы вроде бы официально равны между собой. Какая ирония. Я урвал у судьбы очередной кусок. Теперь надо постараться его переварить и не подавиться.

Добро пожаловать в эпоху Триумвирата. Добро пожаловать в пролог грядущей гражданской войны.