Кроме выделяющегося папы, в своих белых одеяниях, виднелось несколько красных мантий кардиналов. Остальные были в костюмах или повседневных одеждах.

Пока я рассматривал ложу, шум арены заглушил шум бегущей воды.

А на огромную арену, где когда-то бились гладиаторы, полилась вода из стен.

Зрители, увидев происходящее, радостно загалдели.

Заполнить арену, не потребовалось много времени, зрительские места не дополнились и наполовину, когда вода прекратила литься и на водную гладь, вплыла пара двухметровых лодок, с людьми на вёслах.

Сделав несколько кругов по водной стене, они, разойдясь по разным сторонам, поплыли друг другу навстречу.

Чтобы через пару минут с оглушительным треском под визг толпы протаранить друг друга.

Люди из развалившейся лодки, с весёлыми криками упав в воду, поплыли к центральной трибуне, где спустили лестницу.

Победители же сделали круг почёта и ушли в поднявшиеся решётчатые ворота, из которых они вышли в начале.

Стоило обычной им скрыться внутри Колизея, на белый свет вышли уже три лодки побольше. Они уже больше напоминали древнеримские, с заострёнными носами и обитые железом. етров по шесть длиной.

В таких однотипных водных развлечениях прошло несколько часов и на улицах Рима, стемнело.

Над головами зрителей вспыхнули сотни огненных столбов и вверх устремились десятки залпов салюта.

И пока все зрители наслаждались шоу в небе, на арене уходила вода.

Салют шёл двадцать минут, за это время арена была полностью очищена от деревянных обломков и высушена несколькими мужчинами в чёрных мантиях.

Они, встав у краев арены, создали огненную стену, которая пошла по арене, сжигая обломки и высушивая песок под ногами.

— Добро пожаловать! Мы рады приветствовать вас на арене Флавиев!

По арене разлетелся голос.

А многочисленные зрители радостно зашумели.

— Римляне! Имперцы! Поздравим нашего императора с днём рождения!

По рядам зрителей понеслось радостные крики.

— Ура! Ура! Ура!

— Вива! Вива!

Прождав пару минут, голос заговорил вновь.

— Гладиаторы! Мы ждём вас!

На арену вышло десять человек.

Кто-то был в чёрных мантиях с огромным капюшоном, скрывающим лицо.

Кто-то был одет на манер римских гладиаторов, в кожаных панцирях на груди и обмотанный кожаными полосками на руках и ногах. Была одна девушка, в зелёном платье.

Но ни у кого из них не было даже мало-мальского ножа.

— Да здравствует император! — дружно крикнули он, выстроившись перед ложей с папой и императором.

— Флавий! — вновь заговорил голос. — Мы, триумвират, хотим сделать тебе подарок.

Из-под центральных трибун, вывели около тридцати человек, закованных в цепи.

— Эти люди, предавшие нашу империю. Они предали твою веру в людей Рима. Прими от нас этот подарок и порадуй наших верных слуг.

Колизей погрузился в тишину. У меня было чувство, что слышал, как волосы моей соседки шелестят друг об друга.

Человек, сидевший рядом с папой римским, поднялся на ноги и разведя руки в стороны, оглядел каждого стоящего внизу человека.

— Поднимайся, сын Рима! Ты нужен империи! Каждый из нас, восславит нашу страну! Каждый из вас, добьётся величия! Убейте предателей!

Раздался его голос, заполняя Колизей.

Зрители одобрительно загудели, и закричали и затоптали тысячи ног.

Десяток людей, стоящих на арене, развернувшись к толпе закованных в цепи, подняли руки.

Через пару мгновений к этим несчастным неслись огненные стрелы и ледяные мечи. Электрические трезубцы и сети.

Через пару минут, на арене остались лишь люди императора. От беззащитных тел в цепях остались лишь пара капель крови, да примятый песок.

А по стене понеслась кричалка, которую с каждой секундой подхватывали новые и новые зрители.

Сражайся за отца.

Сражайся за легион.

Сражайся за Рим.

Пока люди скандировали это, я просто хлопал в ладони, пытаясь особо не выделяться в этом безумие.

Я не понимал как это вообще возможно в наше время. Но и отбрасывать вариант, что эти убитые заслужили свою смерть, я тоже не собирался.

Высшая мера наказания всё же иногда полезная вещь.

— Жители Рима! — раздался снова голос императора, заглушая шум на арене. — Арена объявляется открытой!