В воротах полыхая ярким огнёмзамерла колонна из пяти грузовиков и двух танков.

Судя по воронкам, они взорвались на минах, а грузовики уже подбили ракетными выстрелами.

Стреляли из города, до него было меньше километра.

Возле забора, сидели солдаты, вжав головы в плечи.

К ним-то мы и направились, падая на колени рядом.

Из сбивчиво рассказа, простых солдат, которые на адреналине выплёскивали свои эмоции на нас, я смог составить картину происшествия.

Сперва был взорван головной танк, сразу да ним, подорвали замыкающий. А через пару минут, в грузовики прилетели ракеты.

К счастью, большая часть личного состава успела выбраться и рассредоточиться за бетонными основаниями забора.

Всё это они рассказывал под постоянным звуком выстрелов и периодическими прилётами пуль в забор.

Мимо нас прополз какой-то незнакомый полковник, дав команду быть готовым к встрече противника.

В городе уже орудуют спецы и они вычислили, где засел противник.

По плану командования, они погонят их в нашу сторону, а тутмыих примем в сотню стволов.

Дав нам установку, он пополз дальше. К следующей группе.

План был какой-то…странный. От которого веяло идиотизмом.

Приподняв голову, я осмотрел городок, расположившийся вдали.

На душе было неспокойно.

В жизни не поверю, что какие-то отморозки напали на военный конвой, и теперь смиренно ждут команду возмездия.

Наркоманы, бухие и прочий бред, можно оставить для газет. Там народ сожрёт.

А я слишком много провёл над рапортами людей из Афганистана и Чечни и слишком много наслушался историй от участников событий. Участников с обеих сторон.

Духи не нападали просто так на колонны.

— Парни! — крикнул я солдатам. — Что было в машинах?

— Что? — растерянно посмотрели они на меня.

— Груз какой в тачках?! Что везли?

— Пейнит, — пожал плечами один из них.

Думай. Думай! ДУМАЙ!

Прикусив щеку, я нервно огляделся.

Что тут не так?

Я вижу, но не обращаю внимания.

Со стороны города раздался плотный автоматный огонь.

Возле меня радостно воскликнули ребята.

К нам не пройти незаметно. Это пустое поле, на многие километры, вдали еле видно лишь административный блок.

Враг, каким бы мастеромон ни был, не может перемещаться по полю незаметно…или может?

— Щас бы шашлыка… — мечтательно произнёс я.

Парни вокруг одобрительно загалдели.

— Под стопочку…нет! Лучше холодного пенного!

— Да-а-а-а, — поддержали меня ребята.

— Свининки бы…сочненькой! С лучком… — прищурился мечтательно, не сводя взгляда с парней, сидящих возле меня.

Вот оно!

Попались придурки.

Выхватив пистолет у сидевшего рядом со мной солдата, с кем я сюда прибежал, я выстрелил в лоб сидевшему передо мной парню из колонны.

— Пацаны! Они ряженые! — заорал я.

Выстрел! Ещё один подставной военный валится замертво.

Растерявшиеся было солдаты, быстро смекнули, что к чему и прыгнули на подставных солдат и принялись их крутить.

Со всех сторон раздались выстрелы.

Но не везде ситуация была в пользу наших ребят.

Через два часа я сидел в кабинете генерала Печкина.

Двенадцать человек из сотни парней, с которыми мы прибежали к воротам, погибли.

Они были слишком далеко и не сразу сообразили, что происходит.

Со стороны противника, не считая двадцати человек, засевшие в городе, потери были семь человек. Четверо были убиты непосредственно возле меня.

В кузове первого грузовика в колонне был найден пулемёт. И лишь технические ограничения, не позволили ему повернуться в сторону и скосить всех нас под забором.

Как выяснилось, по их плану, мы должны были выйти за территорию аэропорта, где бы ребят и расстреляли бы в спину.

Настоящий конвой был убит неделю назад, после выезда со склада.

— Как вы узнали? — тяжело вздохнул генерал.

— О чём? — задумчиво произнёс я.

— О том, что они ряженые, — раздался голос его помощника. Полковник Кочубей. Он ползал перед стеной и давал наставления.

— А! Свинина.

— Что свинина? — растерянно произнёс полковник.

— Тут не едят свинину. Тут в принципе очень плохо относятся к ней, — ответил за меня генерал. — Палыч, ты слишком давно тут, мог бы и узнать.

— Я знаю их отношение к этому животному. Но у нас нет свиней тут. И уж там тем более не было. Или вы князь, хрюкали там? — захихикал полковник.