«Да никуда — сиди, жди!»

— Эй, что за дела? Мы так не договаривались!

«Договор был предельно прост — я тебя спасу, больше ничего! Вот я тебя и спасаю! Ты же не думал, что мы возьмем и просто убежим? Куда тут бежать? Где ты был, когда тебя нашли и арестовали? На этой планете нет места, где бы нам можно было спрятаться! Особенно когда на тебя повесили всех собак!»

— Обманул меня, значит? Ну а в чем смысл? Какой тебе от этого прок?

«Ответ прост — чтобы спастись, нужно умереть!»

— Так я бы мог умереть в крематории! Зачем все усложнять!?

«Ну..., тут такое дело... Чем больше ты убьешь сейчас, тем больше вероятность того, что нам удастся выбраться из этой передряги! Да не волнуйся ты так! Спецназ уже на крыше и у всех дверей, жертв сегодня будет много! И, самое главное — они сами идут к тебе в руки, да еще как наперечет — все одаренные! Рекруты, воины, есть даже один ратник! Если хватит времени, то и витязи подтянутся... Этого нам точно хватит!»

— Хватит на что?

«На спасение, на что же еще! Просто доверься, я ведь тебя еще ни разу не подводил! Не подведу и сейчас!»

И это было правдой — голос в моей голове еще ни разу меня не подводил. Ну, практически не подводил — в любом случае от смерти спасал, а вот о мелких неприятностях обычно не удосуживался сообщать.

— Хорошо, ждем, так ждем... — пробормотал я себе под нос и принялся обирать конвоиров, попутно раздумывая о том, не совершил ли я глупость, заключив договор с собственной шизофренией? Хотя, какая разница? Все одно умирать, а тут призрачная надежда на спасение...

Голоса... Чертовы голоса... Точнее голос... Как давно он со мной? Семь лет? Или восемь? А может сорок восемь? Да, наверное, сорок восемь лет. Все началось на заснеженных пляжах Горанды... Именно тогда я впервые услышал этот голос, что преследует меня с тех самых пор, с момента десанта на побережье Цуйского Конгломерата.

«Прости, что вмешиваюсь в твой внезапный и совсем неуместный флешбэк, но все было не так! Мы, представители высокоразвитой галактической цивилизации, наблюдаем за тобой с самого момента твоего зачатия!»

«Показания не сходятся! В прошлый раз ты утверждал, что являешься ангелом-хранителем, который назначен приглядывать за мной! А в позапрошлый — рассказывал про демона-искусителя!»

«Ах да, было-было! Но, как известно, одно другому не мешает! Или в моих показаниях есть противоречия, господин детектив? Или правильно говорить следователь?»

Противоречий в показаниях голоса в моей голове не было, сколько я не пытался за прошедшие годы его подловить, тот всегда сухим выходил из воды.

«Ты это, столбом не стой! Броньку то с конвоиров сними — она нам точно сегодня пригодится!»

— Ага, сейчас... — начал стаскивать кирасу с конвоира, раздумывая о том, куда меня привел этот чертов голос в голове. А точнее, как я мог так низко пасть?

Посттравматический синдром, очередное модное слово, которым пытаются прикрыть самое простое безумие. Я болен! Я болен давно, заразился в тот самый момент, когда впервые убил себе подобного... Никогда не забуду перекошенное от ярости лицо пулеметчика, которому я влепил пулю промеж глаз. Иногда он приходит в моих снах и все так же строчит по нам из своего пулемета, раз за разом стараясь заставить нас залечь или же отступить. Глупец, что специально палил над нашими головами, веря в гуманизм и в то, что большой войны не будет, а это всего лишь очередной мелкий пограничный конфликт на стыке зон влияния двух корпораций.

И он был прав — войны не было, была лишь непрекращающаяся череда локальных стычек, что тянутся до сих пор и унесли уже миллиарды жизней. Лучше бы тогда он стрелял по нам, а не в воздух, глядишь остался бы и жив, а мы, точно такие же юнцы, копившиеся на посулы корпорации и вступившие в ее охранное подразделение, мертвы. Так было бы лучше — я бы не слышал этот чертов голос!

«Ты звал меня!?»

— Исчезни! Мешаешь переодеваться! — броня была не моего размера, поэтому пришлось скинуть тюремную робу, да натягивать кирасу на голое тело. И то, вышло с трудом, не все боковые ремни удалось застегнуть.

«Вот так значит, это твоя благодарность за все, что я для тебя сделал? Я, можно сказать, спас твою жизнь! И не раз, а как минимум тридцать два раза! И это не считая того раза, когда предупредил об охраннике, что неожиданно захотел пописать и сошел с маршрута патрулирования!»

— И в тот же раз ты чуть меня не угробил!

«В том, что у тебя столь слабые ручонки, никто кроме тебя самого не виноват, да и посмотри, что из этого вышло — висение за окном на семьдесят третьем этаже не прошло даром, и с тех самых пор ты начал собой заниматься! Вот бы еще бросил пить... Может и не попали бы в эту передрягу!»