— Я уже извинился. Ещё в тот вечер. — пожал он плечами.

Лицо Юны вспыхнуло от злости.

— И ты называешь это извинениями?! — вскочила она с дивана и сжала кулаки. — После стольких лет!

«Стольких лет? Что происходит?» — не поняла Норико.

Томи смотрел в зелёные глаза вскочившей красноволосой. Она была подавлена. Обижена. Разгневана.

— Думаю, ты права. — он поднялся из кресла. — Прости, Юна. Я исчез и не сказал тебе ни слова. На то была причина. — и склонился. Искренно и смело, признав грубость былого поступка.

— Причина? — произнесла она дрожавшим голосом. — Я думала ты погиб!

Томи выпрямился. Его спокойные алые глаза, казалось, изменились. Неведомый груз, чувство вины перед Юной, всё это испарилось после искренних извинений.

— Да. Причина. В тот день я действительно чуть не умер. А после, из-за возможного преследования мне пришлось покинуть Японию. Те люди могли причинить вред моим друзьям и тебе, в том числе.

— Глупец. Глупец-глупец-глупец! — она вцепилась в его разгрузку. — Почему ты не попросил помощи?! Думаешь дедушка не помог бы тебе?! Почему?! — её крик стал переходить в слёзный тихий голос. — Ты хоть знаешь каково мне было… Дурак… дурак…

Норико прикрыла ладонью рот, у неё тоже полились слёзы. — «Что происходит… почему эти оба так себя ведут…» — она уже догадалась, но пока не хотела признавать и осознавать, что Романов — тот самый погибший пять лет назад мальчишка.

Томи прижал Юну к себе и бережно погладил её яркие красные волосы.

— Прости.

— Одним… — всхлипнула она. — прости… не отделаешься…

— Проси что хочешь. — улыбнулся Томас. — Если это в моих силах, то сделаю.

Юна, приживавшаяся к его разгрузке, незаметно улыбнулась, всё-таки Томи остался всё тем же Томи, что и пять лет назад.

— Я даже не знаю… — шмыгала она носиком. — Ты наконец-то извинился. Этого мне достаточно…

— Хорошо.

Он продолжал гладить её по волосам и вдыхать их запах. Так не хотелось отпускать мягкую и тёплую Юну из своих объятий, да и она… так прижималась к нему, что было ясно — ей тоже не хочется уходить.

— Когда ты вернёшься? — спросила вдруг Юна.

— Через семь дней.

— Не знаю куда ты собрался, но я не пущу тебя одного.

— М? — приподнял он бровь.

Юна повернула голову к телохранительнице.

— Норико, передай дедушке, что я приеду домой через семь дней.

— Г-госпожа… — округлились глаза брюнетки. — Это невозможно! Подумайте о своём поступке! Такое не пройдёт бесследно для клана!

— Норико права, Юна. — кивнул Томас. — Если кто-то узнает, что внучка Хируко Оридзава участвовала в военных учениях с Романовыми, то воспримется это как союз двух наших кланов.

— Но я видела во дворе ту троицу. — нахмурилась красноволосая.

— Айку, Аделину и Ханако? — понял он сразу о ком она. — Со всеми их тремя кланами у меня соглашение о совместных боевых учениях.

Глаза Норико округлились. Эта информация была ещё недоступна общественности! Неужели Романовы заключили союз сразу с тремя кланами Токио?!

— Я тоже хочу поучаствовать. — уверенно произнесла Юна.

— Госпожа, при всём уважении, не Вам принимать такие решения. — склонила Норико голову, заранее извинившись за сказанное.

— Тогда я буду участвовать скрытно! — не согласилась Юна. — А дедушке всё объясню потом!

«Бедный глава…» — опечалилась Норико, внучка совсем не жалеет его старческое сердце.

— Позвони ему. — предложил Томи.

В глазах Норико проявились лучи благодарности, этот мальчишка заботился о чувствах её главы! Томи тут же заработал дольку уважения от телохранительницы.

— Что если дедушка не отпустит? — надула Юна губы.

Хируко рвал и метал, когда она попросилась поехать представителем клана, но потом, не без усилий конечно, сменил гнев на милость.

— Тогда я поговорю с ним. — успокоил её Томи.

— Хорошо. — как-то быстро сдалась красноволосая и, достав из сумочки мобильник, набрала деда. Тот ответил почти сразу, вероятно переживал о поездке внучки и реакции Романова.

— Юна, что-то случилось?

— Э… нет, дедуль, всё хорошо. Я хотела кое о чём попросить…

«Боги! Госпожа не знает границ!» — сокрушалась Норико. Но Юна всегда была такой — немного наглой, упёртой. Именно за это её и любил старик. Да и Норико тоже. Время было невластно над этой глупой девчонкой.

— И о чём же? — проворчал старик, судя по голосу, приготовившись морально, дабы не поймать сердечный приступ.

— Дедушка, я ведь у тебя уже взрослая, да? Ты всё время об этом твердишь. Так вот я приняла решение поучаствовать с Томасом в военных учениях его клана.