Группа Толочко тем временем окружила самолет, сосредоточившись у кабины пилотов.

Слава Богу, слаженно сработали и поддерживающие группы, составленные из охранников аэропорта и спецов местного управления ФСБ — эти группы уже были возле самолета, а несколько человек и в самом салоне, быстро разворачивая аварийные спасательные рукава для экстренной эвакуации пассажиров.

Их работу очень осложняла беспорядочная, но очень плотная стрельба, которую вели бандиты.

Пробивая обшивку фюзеляжа, автоматные очереди возникали в самых неожиданных местах, и вот уже безжизненно повис один из рукавов, перебитый вонзившимися в него пулями.

Судя по всему, проблем с боеприпасами к автоматам у бандитов не было.

Банда прикинул, сколько времени прошло с момента штурма, и занервничал. Несмотря на определенный успех, время уходило, а значит, неумолимо снижался эффект ошеломления от атаки, у террористов появлялась возможность продумать свои действия, попытаться изменить ситуацию.

Хуже всего было то, что в кабине с бандитами оставались, как доложили перепуганные стюардессы, два члена экипажа — командир корабля и штурман-радист. Невольно они становились прикрытием для террористов, затрудняя активные действия спецподразделения Бондаровича.

В эту секунду полковник Котляров сообщил Банде с вышки, что уже началась эвакуация пассажиров через хвостовой выход по трапу и посредством двух аварийных рукавов. Перепуганных людей встречали ребята из ФСБ, тут же приказывая всем ложиться на бетонку лицом вниз, сцепив руки над головой — для их же собственной безопасности.

Автоматически Сашка посмотрел на Часы, работавшие с момента начала штурма в режиме секундомера — минута и семь секунд прошли до начала эвакуации. В принципе этот показатель был бы совсем неплохим. Если бы не одно «но»…

Это «но» было в том, что обстановка в районе кабины пилотов, судя по всему, зашла в тупик.

Сорванные, вынесенные, что называется, с мясом, градом пуль двери в кабину валялись на полу, и уже несколько секунд группа Банды не могла продвинуться ни на шаг, скованная узким пространством салона и плотной стеной огня.

Спецназовцы тоже «косили» без передыху, но, видимо, без толку, так как огонь террористов ни на одно мгновение не ослабевал.

И вдруг из кабины вылетела граната, и тут же посреди первого салона раздался взрыв, не зацепив Банду, но отбросив его на кресла.

Бойца из его команды, расположившегося рядом, здорово посекло осколками.

«Третий? Четвертый?» — подумал Банда, взглянув на раненого бойца и пытаясь сосчитать, сколько же человек из его группы уже «выбито». Но тут же бросил это занятие — под градом пуль к ним подтянулось наконец звено под командованием Рудницкого.

Двое ребят из вновь прибывших тут же потащили к аварийным трапам-рукавам раненых товарищей, а остальные, прячась за рядами кресел, заняли стратегически важные точки салона, взяв под перекрестный огонь кабину пилотов.

Банда снова посмотрел на часы — прошло две минуты, а они так и не продвинулись ни на шаг.

Надо было срочно что-то предпринимать.

— Толочко, применить спецгранаты, — отдал Банда приказ группе, притаившейся под носом самолета.

Первая светозвуковая шоковая граната не долетела до выбитого окна кабины. Ударившись о борт и взорвавшись под фюзеляжем, она здорово оглушила самих спецназовцев.

Вторая граната попала точно, на мгновение превратив кабину пилотов в сущий ад.

Но, к удивлению Банды, ни ярчайшая вспышка, ни мощный взрыв не произвели на террористов сколько-нибудь серьезного впечатления — уже через секунду их огонь возобновился с новой силой.

— Вышка, огонь по кабине пилотов, — отдал Банда приказ снайперам, которые отлично просматривали с крыши башни самолет и молчали до сих пор только из боязни зацепить кого-то из членов экипажа.

До сих пор он не хотел этого приказывать, опасаясь, что кто-то из пилотов мог быть еще жив. Теперь же на это оставалось слишком мало надежд.

Вышка ответила настоящим градом пуль из СВД. Позже выяснилось, что каждый из снайперов сделал не меньше двадцати выстрелов.

По ослабевшей стрельбе из кабины стало ясно, что один из террористов убит или ранен, однако последний оставшийся в живых огонь, тем не менее, не прекращал.

«Десять минут!» — с ужасом отметил про себя Банда, снова взглянув на часы.

Он махнул рукой, и один из парней команды Рудницкого, поняв его приказ, рванул вперед, к кабине, но тут же упал, сраженный очередью по ногам.

— Бляди! — выругался Банда в голос, забыв, что его слышат теперь все. Но, по большому счету, никто не удивился, с удовольствием присоединившись в душе к своему командиру. — Толочко, еще! — крикнул Банда, и в следующую секунду в кабине пилотов грохнул еще один взрыв шоковой гранаты, а на остававшегося в живых террориста обрушился очередной шквал огня. С вышки с новой силой стреляли снайперы.