Как бы то ни было, но факт оставался фактом — они затребовали как раз то, что идеально подходило для затягивания времени. Тем более, что сейчас и на самом деле для пролета в Алжир требовался запрос на разрешение от всех государств пересечь их воздушное пространство по пути возможного следования лайнера вне всяких графиков и летных коридоров. А это как нельзя лучше вписывалось в планы Банды.

Начальник аэропорта Минвод вел переговоры с террористами очень грамотно — спокойно, ни разу не повысив голос, ничем не выдавая, как он нервничает. Банда в очередной раз порадовался, как повезло ему с этим человеком.

Бандиты же, напротив, с каждой минутой становились все более агрессивными — по приемнику, с легкостью улавливавшему сигналы с установленных в самолете «жучков», было хорошо слышно, как они ругались на пассажиров в салоне, как грубо кричали на пилотов, требуя немедленного взлета лайнера, Около шести часов вечера борт вызвал пульт управления полетами, и террорист истерично прокричал:

— Короче, через пять минут вылетаем на Алжир. Нам ждать ваших обещаний надоело. Тащите заправщик, иначе сейчас получите первый труп.

— Послушайте, мы не можем все так сразу, это очень сложная система… — начал было Анкудинов, но голос резко оборвал его:

— Пошел ты на хрен. Получайте!

Связь с бортом оборвалась, и в ту же секунду поползла в сторону передняя дверь лайнера, ближняя к кабине пилотов.

В проеме на мгновение показался какой-то человек, но уже в следующую секунду он упал вниз, на бетонку, а дверь самолета сразу же закрылась.

Подбежавшие бойцы из охраны аэропорта в униформе рабочих аэропорта оттащили упавшего к зданию аэровокзала. Он был уже мертв. Это был военный в форме старшего лейтенанта с общевойсковыми петлицами. Ровно посередине его лба зияла маленькая, почти бескровная дырочка — бандиты выполнили свое страшное обещание, начав отсчет смертям.

Если до этого мгновения у Банды еще оставались надежды на добровольную сдачу террористов, сейчас стало ясно, что единственной развязкой ситуации может стать только бескомпромиссное и безжалостное уничтожение захвативших самолет террористов.

Александр с тоской посмотрел на небо, затянутое тучами, но все еще светлое — он не мог дождаться, когда же наконец опустятся сумерки.

Его ребята были давно готовы к операции, в бессильной злобе разглядывая через окна аэропорта с тонированными стеклами проклятый самолет.

Инструктаж и четкая разработка плана захвата были уже проведены.

Три снайпера из спецподразделения майора Бондаровича были готовы с наступлением сумерек занять места на крыше вышки управления полетами, взяв в прицелы кабину пилотов. Еще пятеро снайперов из Североосетинского управления ФСБ готовы были взобраться на крышу аэропорта, получив задание отслеживать двери лайнера.

Трое ребят Банды уже переоделись в форму аэродромных рабочих — на них возлагалась ответственная задача подогнать самоходные трапы к дверям самолета, а затем присоединиться к штурмующим.

Все было разработано до мелочей, и каждый знал свое место и порядок своих действий…

До часа «Ч» оставалось еще полчаса.

Нервы бандитов уже очевидно сдавали — они избивали пассажиров в салоне, грозились пристрелить второго пилота, если командир корабля немедленно не поднимет самолет в воздух.

Пилот первого класса Волков, командир захваченного самолета, делал все, что только мог, лишь бы успокоить террористов. Но те, видимо, обкурившись наркотиками, заводились все больше и больше и вдруг завыли хриплыми голосами какую-то песню на своем гортанном языке.

— Молитва смертника, — пояснил в гулкой тишине башни полковник Латыпов. — Я уже слышал ее в Чечне несколько месяцев назад. С этой страшной песней чеченцы вышли из двойного кольца окружения там, в горах, неподалеку от Шали. С ней они ничего не боятся.

«Типун тебе на язык, урод!» — недобро подумал Банда, недовольно покачав головой, — этому придурку можно было рассуждать здесь, в башне, а его ребятам через считанные минуты предстояло идти под пули.

Конечно, в таких делах полагаются нет на удачу или везение, а лишь на умение и подготовку, но какие-то суеверия у бойцов все равно оставались. И лучше бы сейчас всем помолчать, чтобы не накаркать.

— Смотрите! — прервало мрачные мысли Банды внезапное восклицание кого-то из присутствующих.

Все бросились к окну.

Боковая форточка кабины самолета открылась, и оттуда на бетонное покрытие аэродрома буквально выпал человек в рубашке летчика.

Через несколько минут, подобранный ребятами из местного управления ФСБ, он был уже на командном пункте.

Оказалось, что это — второй пилот злополучного самолета. Не выдержав угроз и постоянного ощущения холодного металла пистолета у виска, он, улучив мгновение, когда бандиты замешкались, выбросился в окно.