— Вы мне льстите! — докторша вспыхнула, отведя глаза.

— Да, — проговорил её муж, качая головой. — Доркинг всегда нравилась нам тем, что здесь ничего не происходило. Тихое местечко. Правда, дорогая?

— Я теперь каждый вечер проверяю, заперты ли в доме двери, — докторша обвела гостей глазами. — Раньше мне это и в голову не пришло бы, а теперь не могу уснуть, пока не удостоверюсь.

— Я уверена, что вам нечего опасаться, — сказала Глория. — Убийца не безумец, и его выбор жертв не случаен.

Один из методов работы полицейского — делать вид, что знаешь больше, чем говоришь. Это заставляет преступника нервничать и, если повезёт, он может совершить роковую ошибку. Сколько дел было раскрыто благодаря тому, что злоумышленник терял самообладание и начинал суетиться вместо того, чтобы затаиться и ждать, пока всё уляжется.

— Слава Богу! — с облегчением вздохнула докторша. — А то я вся извелась. Представляете, в последние дни, чтобы уснуть, мне приходится каждый раз пить снотворное. И всё равно кошмары лезут в голову.

В это время вошла кухарка и объявила, что ужин готов и стол накрыт.

Мы прошли в столовую и расселись. Мне досталось место справа от Фэлпса, рядом с Глорией и напротив Броуда.

В центре стола возвышался целиком зажаренный поросёнок, обложенный яблоками и марципанами, украшенный бумажными розочками. Он сверкал жиром, словно приглашая себя попробовать.

Доктор взял длинный кухонный нож и ловко расчленил поросёнка.

Каждый из нас получил по изрядному куску. Его жена разложила гарнир, пустила по кругу плетёную корзину с белым хлебом, обратила внимание гостей на различные соусы в маленьких металлический чашечках с носиками. Мы благодарили и восторгались.

— Как вам удалось заполучить этого дивного поросёнка? — поинтересовался я у Фэлпса.

— Было нелегко, — доктор заговорщицки подмигнул супруге. — Пришлось постараться. Вам нравится?

— Приготовлено божественно!

— Спасибо, господин Блаунт, — докторша расплылась в улыбке, хотя я уверен, что стряпала кухарка.

На десерт подали сухофрукты и пудинг.

Потом мужчины вышли на террасу покурить. Фэлпс достал толстую сигару. Не слишком дорогую, как я успел заметить.

— Скажите, — обратился я к Броуду, облокотившись на перила, — о чём вы договаривались ночью возле гостиницы и с кем?

— Простите? — Броуд поднял брови, но я заметил, как он напрягся, сразу сообразив, что я имею в виду.

— Не стоит юлить! — сказал я резко. — Учтите, вас могут обвинить в убийствах.

Тут я, конечно, блефовал. Улик против егеря не было.

— С какой стати?! — растерялся Броуд. Глаза у него забегали. — Вы… про что, собственно?

Фэлпс застыл, удивлённо глядя на нас.

— Той ночью вы утверждали, что ваш собеседник оказался прав, и что надо будет кого-то зарезать, — сказал я. — А также жаловались, что, не узнай вы о приезде мисс Глостер, вам грозила бы тюрьма. Или это не ваши слова?

Егерь побледнел. Он открыл рот, собираясь ответить, но губы только беззвучно шевелились.

— Николас! — Фэлпс выглядел обеспокоенным. — Что всё это значит?! Ты же не… — он испуганно прикрыл рот рукой.

— Нет! — прохрипел Броуд, затравленно озираясь по сторонам. — Всё было не так! Вы переиначили…

— Расскажите, как! — потребовал я, чувствуя, что егерь готов выложить всё. — Пока я не решил, что вы хотели зарезать лейтенанта!

Фэлпс всплеснул руками и вытаращил глаза.

— Ну, что вы, господин Блаунт! Николас не способен. Говори же! — он дёрнул егеря за рукав.

Тот судорожно сглотнул, взглянул на своего родственника, потом кивнул, словно на что-то решившись.

— Ладно! — сказал он, нервно притушив окурок о перила. — Чёрт с ним, расскажу всё как на духу!

— Я слушаю.

Броуд вопросительно взглянул на Фэлпса. Тот кивнул.

Егерь прочистил горло.

— Эдвард, — он кивнул на доктора, — рассказал мне, что из Лондона должен приехать следователь. Сами понимаете, мы с ним всё-таки родственники, а тело-то нашёл я. Стало быть, с кого спрос? Боялся я сильно, что повесят на меня убийство этой Генбах. Конечно, мне её жалко было, но идти в тюрьму ни за что — кому ж захочется?

— Никому, само собой, — согласился я.

— Вот и я говорю! — кивнул Броуд, приободрившись. — Словом, когда Эдвард сказал, что приедет полицейский, я и решил: отправлюсь ему навстречу, а там как бы случайно поговорю с ним, ну и… — егерь махнул рукой, — сниму с себя подозрения. Потому что я никого не убивал, Богом клянусь! — он быстро перекрестился.

— Ну, предположим, — проговорил я строго. — А кого вы собирались зарезать? И с кем встречались ночью?

— Со своим двоюродным братом. А зарезать я, и правда, кое-кого зарезал, — Броуд смущённо улыбнулся. — Поросёнка. Вы его только что за ужином ели. Это подарок Эдварду за то, что предупредил меня о вашем приезде. Да и вообще, я давно ему обещал. Мне двоюродный брат привёз.