— Так кто ваш клиент? — спросил я.

— Отто Генбах. Вы можете сами спросить его, он тоже сейчас живёт в Доркинге. Кажется, это его жену убили первой. Какая ирония! — добавил Арман с горечью. — Два человека, связанных общим делом, приезжают в одно место и теряют за неделю своих супруг.

— С которыми не так давно обвенчались, — добавил я.

— Что, простите?

— Нет, ничего. Как случилось, что граф обратился к вам?

Арман пожал плечами.

— Просто пришёл в контору и поинтересовался, не может ли наша фирма доставить из Гегемонии четыре ящика с землёй. Конкретно — из Берлина. Мы удивились, но не стали задавать вопросов. Когда были произведены подсчёты, граф сказал, что они приемлемы, и выложил задаток.

— Вы сами принимали заказ?

— Да, я в то время оказался в конторе. Поскольку мы с Кэтрин всё равно собирались в Доркинг, то решили прихватить ящики Генбаха.

— И они действительно прибыли из Гегемонии?

— Разумеется. Наши агенты осуществляют полный контроль над перевозкой. Об этом имеются записи.

— Граф не объяснил, зачем ему земля?

Арман отрицательно покачал головой.

— Ему пришлось рассказать, что в ящиках, поскольку на границе все грузы проходят таможенный досмотр. И ящики, если верить письму нашего агента, проверяли очень тщательно, однако ничего, кроме земли, не нашли.

Ещё бы его не проверили: столь странный груз просто не мог не вызвать подозрений. Вероятно, таможенники полагали, что в земле что-то спрятано.

— Понятно, — протянул я. — Что ж, благодарю, господин Арман. Вероятно, мы с вами ещё свяжемся. Хотя бы по поводу…похорон, — я встал.

Арман поднялся, чтобы меня проводить. На крыльце мы распрощались.

— Очень надеюсь, что вы поймаете убийцу, — сказал аристократ, пожимая мне руку.

Появился молчаливый слуга, встретивший меня у ворот.

— Проводи господина Блаунта, — велел ему Арман.

Когда он скрылся в доме, лакей двинулся к воротам. Я последовал за ним. В поместье царили тишина и покой. Всё замерло, словно соблюдая траур по умершей хозяйке Ванделисса.

За воротами я ненадолго задержался, чтобы окинуть взглядом сад и виднеющийся в конце дорожки дом. Лакей наблюдал за мной, ожидая, пока я уеду. Лицо у него было мрачное, взгляд тяжёлый.

Я связался по телефону с Глорией, и мы договорились о встрече. Сели в кафе недалеко от церкви. Оказалось, что девушка организовала слежку за священником, используя двух оперативников, которых одолжила у полковника.

— Я хочу проверить того парня, о котором рассказывала. Ну, с крестами по всему телу. Собираюсь к нему наведаться. Ты со мной?

— Конечно. Разве я могу отпустить тебя одну к такому опасному типу? Бегает с палкой по ночам, да ещё голый. Наверное, человеку есть, что показать.

— Боишься, что я не устою? — усмехнулась Глория. — Расслабься. Вряд ли он и гостей встречает нагишом.

— Кто знает? Всё возможно. В любом случае, составлю тебе компанию. Правда, сомневаюсь, что это тот, кто нам нужен. Интуиция подсказывает, что мы зря потратим время.

— Не знаю, не знаю. На всякий случай прихвачу одного из ребят Абрамсона. Пока его напарник следит за священником, пусть проедется с нами.

— Думаешь, вдвоём мы не справимся?

— Дело не в этом. Нужно заблокировать все выходы, чтобы подозреваемый не сбежал. Так что двух человек маловато.

— Я хотел сказать, что могу запереть и окна, и двери, так что никто не проскочит, но не стал: старая привычка лишний раз не палиться сработала. В конце концов, полицейский не помешает, а сотворить воздушные барьеры при необходимости я и так смогу.

Тэд Робертс проживал в доме на окраине, неподалёку от искусственной рощицы, засаженной чахлыми берёзками и кустами шиповника. Вдоль невысокой ограды лежали осыпавшиеся сморщенные плоды. Они наводили на мысли о смоковнице, не пожелавшей утолить голод Иисуса.

Возле крыльца были выставлены кадки с пожелтевшими растениями. Глория проверила, нет ли под ними ключа. Облом. Тогда она позвонила. Из-за облупившейся двери раздалась негромкая трель.

— Обойди дом, Крис, — шепнула Глория. — На всякий случай.

В этот момент констебль приник к небольшому окошку, заслонившись от солнечного света ладонями в надежде разглядеть, что происходит в доме.

— Он здесь, лейтенант!

В ту же секунду, как гром среди ясного неба, шарахнул выстрел!

Полицейский схватился за шею и с тихим стоном повалился на спину. Сквозь его пальцы потекла кровь. Я выхватил из кармана платок и, подбежав к раненому, попытался оказать первую помощь. Однако бедняга, видимо, не понимая, что делает, отталкивал меня, так что прижать платок к ране и остановить кровотечение оказалось не так просто.