— Продолжай, — кивнул ему Гойко.

— В общем, мне это показалось правильным. Мастер, правда, выразил несогласие. В общем, я пошел в Заречье чтоб вернуть кости Дайкатаны её семье, не зная, живы они или нет…

Когда чайник закипел, Гойко сорвал с пучка трав, свисающих с потолка несколько солнечно-желтых цветков и бросил их в кипяток, а когда тот настоялся, и мальчик уже подобрался к той части, где скелеты откопали Гиба, достал пару жестяных кружек и разлил получившийся отвар поровну между ними. Одну кружку он предложил Хартблиду, и тот промочил горло. Отвар весеннего горицвета повредить ему ничем не мог, это растение было в списке того, что в свое время велел ему добыть Мастер, а позже, на уроках, рассказал, что именно этот цветок, в конечном счете, помог при той болезни, что чуть не доконала мальчика.

Дослушав историю, шаман кивнул.

— ты выбрал тяжелый путь. Но праведный.

— А это ничего что я… Ну, зомби подчиняю, скелетов поднимаю, там…

— Это лишь оболочки, — скупо улыбнулся шаман. — Твой Мастер, однако, не любит шаманов.

— Он и жрецов не любит. Он же нежить, — пожал плечами Хартблид. — Никогда не понимал, в чём проблема жить мирно. Вы проводите духов за Грань, мы используем ставшие не нужными тела, все довольны. Ну, кроме демонов.

— Да, — шаман извлек из недр своего пестрого одеяния трубку и принялся её раскуривать от уголька, набив пахучими листьями. — Но у всего в мире есть цель. Каждое для чего-то существует. И демоны тоже.

— Мастер сказал, что в Бездну сбросили хтонических богов. Ну просто потому что они злые и всех достали.

— Не злые, дикие. Ты ведь не гневаешься на ветер, если он сорвет крышу с твоего дома?

— Я живу в Склепе, если ветер сорвет с него крышу, то всю скалу снесет под корень. Но да, ветер это стихия.

— А на огонь, если он сожжет твоё жилище?

— На сам огонь — нет, а вот поджигателя я урою.

— А если потоп смоет твой дом? — продолжал Гойко.

— Кажется я понял, — поднял руки Хартблид.

— Так и хтонические боги. Такова их природа, дикая и необузданная. Она не может быть плохой или хорошей, таковыми могут быть лишь последствия.

— О, я помню эту тему! — воскликнул Хартблид. — важен консеквент, так это называется!

Шаман покачал головой.

— Мораль живущих к богам не применима.

— Тогда для чего они все существуют, если к ним не применима мораль живущих? Чтобы портить нам жизнь? Мастер рассказывал о фараоне Птаитисе, о том как он позволил жить в мире людям и нежити, и как боги его за это кинули.

— Боги — лишь слуги чего-то большего.

— Тогда получается, что и Пантеон, и Тёмные боги и Хтонические боги — служат чему-то большему? Приносят какую-то пользу? А какая польза может быть от демонов? Они же зло, они убивают и мучают…

— Я помню, ты сказал, что убил насекомых в саду. И крыс в амбаре. Ты, получается, тоже зло?

— Я убил вредителей, потому что меня попросили убить вредителей. Они посевы портят, людям есть нечего будет.

— А ещё я помню, ты сказал о гриферах, которые сожгли несколько домов и возможно, вызвали Катастрофу. Они вредители?

— Да… Хм… То есть задача демонов — уничтожать вредителей?

— Отделять плохие души… Чтоб мир стал лучше. Но они забыли это.

— Как такое можно забыть? Мастер, вон, над Безмолвными как наседка вьется, для него ничего важнее нет.

— Когда по капле принимаешь яд, либо травишься, либо перестаешь его ощущать. Но становишься отравой для всего живого.

В этот момент Хартблиду показалось, что он понял природу Скверны.

— Кстати! Вы же шаман — а у меня как раз вопрос по поводу душ. Как вы думаете, есть ли у игроков души, или их тела управляются дистанционно, как марионетки, из Рунного Камня? Может быть цель Мастера недостижима?

Гойко задумчиво сделал затяжку, затем выпустил клуб ароматного дыма и отложив трубку, взял в руку бубен, негромко звякнувший кусочками меди, кости, ракушек и камня.

— Давай спросим.

— Вы сейчас будете духа вызывать, да? — спросил Хартблид

— Нет, я буду камлать.

— Чего?

Гойко отложил бубен и покачал головой:

— Пожалуй, сперва придется объяснить. Вы, некроманты, призываете духов мёртвых из Пелены. Мы, шаманы, отправляемся в Пелену сами. И там — общаемся с духами. Я могу взять тебя с собой, и ты увидишь, и тогда ты поймешь, почему ты пришел ко мне, а не я к тебе.

— А зачем вам идти ко мне? — озадаченно спросил Хартблид.

— Потому что кто-то должен к кому-то идти. Без этого невозможно встретиться. Ещё вопросы?