Шрифт:
— Матвей Волков, маг Жизни, — я глумливо поклонился. — А теперь ещё раз прошу прощения, но мне пора.
После чего развернулся и направился в комнату, чувствуя, как спину прожигает взгляд, полный ненависти.
Глава 25
Переместиться в реальный мир было не так уж и тяжело. А вот найти приют, как ни странно, оказалось гораздо сложнее. И вроде бы, на город он единственный, а вот добраться и не заплутать на окраине не так-то просто.
— Ну это-то понятно, что таких детишек убрали ото всех подальше, — заметил Брай. — Мало ли чего они отчебучат.
— Верно, — согласился я. — И всё равно обидно за них.
— Приюты никогда не были райским домиком, — заметил пёс. — Так что ничего хорошего там не жди.
Мы прошли по просёлочной дороге, окружённой со всех сторон зелёными полями, и оказались и высокого забора. За ним слышались детские голоса и смех. Я же подошёл к широким воротам и надавил на кнопку радиоприёмника. Раздался шум и помехи, а потом скрежещущий женский голос:
— Кто там?
— Добрый день, я из академии Истинных, — я постарался быть вежливым, несмотря на такое приветствие. — Хотел поговорить насчёт Григория Васильченко.
— Кого? — прокряхтела незнакомка, но вместе с этим раздались писк и щелчок.
Я отшатнулся от ворот, так как мне навстречу вышла дородная бабища (по-другому и не назвать) в тёмно-серой монашеской рясе.
— Ты кто такой? — выпалила она. — Мы не вызывали Истинных.
— Я и не по вызову, — слегка поклонился. — Меня зовут Матвей. Я хотел...
— Знаю я, чего ты хотел, но говорить не о чем, — грозно произнесла она. — Мы уже всё про Гришку рассказали, чего вам ещё понадобилось?
— Я хотел уточнить, что произошло...
— Погиб дурень. Как стал свободным, так и начал всякую хрень творить. Одним богам только известно, во что он ввязывался.
— Свободным? — не понял я.
— Ну да, восемнадцать стукнуло, так путь открыт куда захочешь. Мы не собираемся до конца жизни кормить, и так ртов выше крыши.
— Эм, — я чуть замялся. — Но что именно тогда произошло?
— А мне-то откуда знать?! — баба всё больше гневалась. — Говорю же, он ушёл, взрослым стал. За жизнью его следить не обязаны!
— Ладно, и всё же...
— Чего тебе ещё?! Проваливай, у нас дел невпроворот! Или мне обратиться к вашему ректору?!
— Я не...
— Всё, разговор окончен! — настоятельница шагнула обратно за калитку и хлопнула ею так, что у меня в ушах зазвенело.
— Не самый лучший разговор, — пробормотал я и двинулся вдоль забора.
Уходить я не собирался. Судя по тому, что сейчас произошло, наставница что-то скрывает. Осталось понять, что именно. Но как?
— Не обижайся на неё, — ко мне подлетела Айка. — Она грубиянка, потому что мужика нет. Но оно и понятно, с её-то формами...
— Айка, не сейчас, — перебил призрачную девушку, глядя на вершину забора. — Скажи лучше, ты можешь проникнуть внутрь?
— Нет, — она виновато опустила голову. — Прости, Матвей, но здесь какая-то магическая защита против таких, как я.
— Понятно, закрылись от всех духов, — кивнул в ответ. — И правильно сделали. Уверен, Лишних постоянно тянет сюда, чтобы полакомиться маленькими несмышлёными магами.
В этот момент к нам откуда-то выбежал Брай и подскочил к нам.
— Ну, как всё прошло? — радостно спросил он.
— Ты не слышал? — удивилась Айка. — Матвеюшку грубо послал.
— Разве можно послать вежливо? — он посмотрел на призрака.
— Меня можно, — кивнула та, обернувшись ко мне. — И я буду рада, если Матвей пошлёт меня на...
— Не сейчас, — повторил я и обратился к Браю: — Ты чего так лоснишься? Узнал что-то?
— Ага, — кивнул тот. — Но с тебя причитается.
— Давай, не томи.
— Ладушки, — он развернулся и побежал обратно. — Идём!
Мы пробежали вдоль забора метров двадцать, пока не остановились у небольшой трещины. Земля под ней была разрыта, видимо, кто-то всё же вспомнил о своём собачьем происхождении.
— Ты был в приюте? — сразу же догадался я.
— Ага, — кивнул пёс с довольной мордой. — И кое-что там узнал.
— Что же?
— Сейчас сам узнаешь.
С этими словами он ловко нырнул в нору и исчез. Но через несколько секунд вернулся. А следом за ним просочилось нечто серое, похожее на толстый канат. Однако, когда он вытянулся на полную длину и свернулся, то превратился в мальчонку лет десяти на вид. Невысокий, худощавый, лохматый и в подратой одежде.