Мы переглядываемся, пытаясь связать эту ахинею во что-то понятное.

— Шелли, чем первые “они” отличаются от вторых? — аккуратно уточняет полицейская.

— Они — это мы.

Долгая пауза. Пляшет огонёк свечи.

— Они — другие. Плохие. Злые. Голодные. Глупые.

— Шелли, что за королева и генерал?

Девочка резко распахивает глаза, занимая сидячее положение.

— Ой, я опять видела картинки. Всякие. Страшные, — она дрожит, а лабрадор уже запрыгивает на кровать и начинает облизывать ей лицо.

— Так, — глубокомысленно говорит Накомис. — Подытожим. Есть две разные категории. Первые — это мы. Люди, да? — она оглядывается в поисках поддержки по сторонам.

Кёртис медленно кивает, а я пожимаю плечами.

— Им страшно и холодно. Они где-то под землёй и завтра умрут. Вторая категория — какие-то монстры, судя по всему. Завтра их станет вдвое больше. После этого, как там она сказала…

— Падёт сосновый хребет, — замечает священник.

— Это, очевидно, Пайн-Ридж, — полицейская накручивает прядь волос на палец. — Монстры получат еду, их число снова увеличится. Затем что-то про руки.

— Ладони обагрятся кровью, — припоминаю я. — Очевидно, речь о вашем лагере, падре. Потом кирдык настанет плохим людям — явно лагерю Самеди. — Родится вторая королева… Господи, можно я дальше буду за лошадьми ухаживать, а не пазлы решать?! — эмоции прорываются в голосе.

— Ты сказал, что в Уайтклэй сидят жуки, — успокаивающе произносит Накомис, — возможно, неверно их классифицировал, и это перепончатокрылые. Общественные насекомые. А у тех зачастую есть матка. У моего дяди была пасека, — поясняет она. — Матка, она же королева.

— Логично. Тогда генерал — это тот большой бронированный хрен, которого я видел в городе. Жук-носорог на стероидах.

— Разве под Уайтклэй есть пещеры и тоннели? — тихонько вмешивается мать Шелли.

— Насколько я знаю, нет, — отвечает Кёртис.

— Вриллы вполне могли их выкопать за это время, — говорю я. — Тем более наша Принцесса Единорогов упоминала глину.

Девочка тушуется и прячет лицо за холкой Ракеты.

— Мне вот, что непонятно, — продолжаю я. — В городке остались только мертвецы в коконах. Однако же она, — кивок на Шелли, — утверждает, что под Уайтклэй сидят пленники. Нахрена убивать часть людей, а часть оставлять в живых?

— Может какие-то из них не подошли? По тому или иному критерию. Да какая, в сущности, разница? — пожимает плечами Накомис.

Вспоминаю тела, вытащенные из коконов. Подростки, старики и доходяги типа Донни. Их посчитали слишком… низкокалорийными. Так что ли?

— Вам нужно собираться и уходить, — вновь говорю я Пастырю. — Сам слышал, завтра число жуков удвоится. Вашему лагерю конец.

Кёртис не успевает ответить.

— Если только мы их не остановим, — бросает в тишине Накомис.

— У тебя синдром героя или что? — смотрю на неё, щурясь от удивления. — Хлебом не корми, дай сдохнуть смертью храбрых в лучах славы?

— А тебя вообще заботит что-то кроме собственной задницы? — раздражённо фыркает она.

— Да, чтобы рядом с ней была не менее симпатичная задница. А вот с хера ли ты так рвёшься рисковать ради этого городка?

— Потому что мне не посчастливилось жить на этой земле, придурок! Или ты думаешь, что жуки остановятся, сожрав ближайших выживших? Ты слышал девочку? Они расползутся, набирая силу с каждым поглощённым лагерем.

— И это станет проблемой кого-то другого.

Индианка краснеет, как помидор, готовая разразиться необдуманными словами, но священник поднимает руку с зажатым крестом.

— Господь не просто так наделил вас силой. Сказано: “Если ты в день невзгод смалодушничал, твоя сила мала. Спаси тех, кого уводят на смерть, и удержи тех, кто бредёт на бойню”. Притчи, 24:10. Вы уже проявили себя героем для наших людей. Не бросайте их в беде.

— Я не рвусь в герои. Они слишком плохо заканчивают, — отвечаю, а сам смотрю на девочку, которая зажала в ручках уши Ракеты и теребит их из стороны в сторону, что-то напевая.

Сколько таких детей сейчас сидят по городам и деревням, испуганно вздрагивая от любого шума снаружи?..

Чертыхнувшись, хочу заговорить, но перед глазами бежит алый текст.

Ваалис Иккул предлагает вам задание:

— Уничтожить управляющего врилла.

— Уничтожить матку вриллов.

Ограничение: 24 часа.