Поставив поднос на прикроватную тумбу, Ириша подошла к окну, распахивая занавески. Яркий солнечный свет ударил по глазам, я зажмурился, через маленькие щёлки продолжая любоваться её фигурой. Тонкая талия изящно переходила в округлости ягодиц и стройные ножки. Вместо колготок она носила белые чулки, небрежно натянутые до середины бёдер.

— Уже проснулись, господин? — ласково улыбнулась девушка, усевшись на край постели и закинув ногу на ногу.

— И не только я, — вяло отшутившись, я накрыл ладонью её бедро.

— Господин Фёдор! — густо покраснев, Ириша сняла мою руку и пересела подальше. — Неприлично!

— Ну что ты начинаешь… Мне снова притворится дурачком, чтобы ты дала себя пощупать?

— Вы… — она охнула, прикрыв рот ладонью, но я мягко рассмеялся, и девушка тоже робко улыбнулась. — Шутите, да? А я вам сырники принесла!

— И кофе? — поинтересовался я, почуяв знакомый аромат.

Улыбнувшись ещё шире, Ириша подскочила, засуетилась, доставая из тумбочки постельный поднос, но с меня уже хватит. Напрягая ослабшие мышцы, я приподнялся на локтях, скидывая пуховое одеяло.

— Ещё не положено, господин… — попробовала остановить меня девушка, но я упорно свесил ноги с постели, уперевшись в холодный пол.

— Вам только волю дать, так вечность продержите в состоянии "положенного", — проворчал я, поднимаясь. — Сколько я провёл здесь, месяц?

— Всего неделю, господин.

Всего… Затёкшие мышцы ломило, но совсем не так, как в другой, прошлой жизни. Здесь я был молод и свободен от травм, напоминавших о себе каждое утро, а разбитую голову залатали так, будто и не было ничего. Машинально ощупав затылок, я потёр пальцем небольшой лысый кусочек.

— Болит? — участливо поинтересовалась Ириша.

— Хватит уже заботы, — я кивнул Ирише на небольшой стол в углу палаты, — лучше составь мне компанию. Наконец-то завтракаю по-человечески, настоящий праздник!

Плюхнувшись на пластиковый стул, я с наслаждением поднял чашку. Как же хорошо, что в этом мире тоже существует кофе, не знаю, что бы я делал без этого волшебного напитка. Вот только волшебного здесь было намного больше, даже лечение. Вместо пилюль и докторов — настоящий садист, называвший себя целителем.

— Палач сегодня придёт? — поинтересовался я, терзая сырник вилкой. — Уже соскучился по его неудачным попыткам меня прикончить.

— Нет, процедуры закончились, но… — Ириша заёрзала на стуле.

— Что?

— Через час придёт человек из Магистерия, важный человек. Хочет с Вами обсудить какие-то важные дела.

— О как. — Хлебнув кофе, я улыбнулся. — Расскажи тогда, что меня ждёт.

— Ну… — девушка замялась. — Мне не докладывают…

— Брось, я же знаю, что ты умная девочка и держишь ушки на востро. Делись тем, что подслушала.

Приосанившись, Ириша пустилась в пересказ чужих разговоров, из которых складывалась любопытная картинка. Магистерий, под чьей протекцией и существовала Академия, где я нахожусь, не может принять решение по моей ситуации. Всем уже известно, что я получил серьёзную травму в драке с другими студентами. Известно также и то, что я ожесточённо сопротивлялся, нанеся увечья нападавшим.

При всём при этом, звучала лишь одна фамилия, Куропатов, как будто тех двоих вообще не существовало. И разумеется, нашлись свидетели, клявшиеся, что мой удар головой — всего лишь несчастный случай.

— Рана была страшная, — Ириша активно размахивала руками, — кровь во все стороны! Фатумский целитель ещё удивлялся, что Вы сохранили рассудок, поскольку повреждены важные…

Я оборвал её взмахом руки.

— Давай без кошмарных деталей.

— Да-да, простите, — тут же смутилась Ириша. — В общем, все говорят разное, и они не могут решить, что делать дальше.

— А какие варианты?

— Из того что я слышала… — Ириша подалась вперёд. — Они хотят предложить вам сойтись с господином Куропатовым в Казерай. Представляете?

— Дуэль? — я удивлённо вздёрнул бровь. — А другие варианты?

— Сделать вид, что ничего не было.

Очень любопытно. Ковыряясь в путанице воспоминаний, я понемногу учился ориентироваться в этом мире, и озвученные Иришей варианты чрезвычайно меня позабавили.

Семён, как и я, из благородной семьи. У его отца солидная репутация, пусть фамилия и не так громко звучит в империи, как Ароновы, но всё же. Если смотреть со стороны, сынок крепко поднасрал папаше, но я чётко помню короткий разговор. Это была воля отца.