— Лондфол? — на её лице мелькнула улыбка, а по щеке скользнула слеза.

Какого чёрта она видит Владыку?

— Увы, дитя, я не Лондфол, — не стал Владыка мучать девушку. — Твой друг безвозвратно мёртв.

— Но ты же?.. — слёзы потекли и по другой щеке Адэллы. — Почему ты? Кто ты?

— Всего-навсего один из местных богов, который рекрутирует вот этих бездарей в надежде спасти ваш мир, — с усмешкой ответил ей Владыка, а после переключился на меня. — Итак, чемпион, чего ты добился за это время?

Меня неожиданно подняло вверх и через секунду я уже левитировал перед Владыкой.

— Я-яяя… — от боли я не мог произнести ни слова.

— Понятно. Опять болевой шок. Давай развяжем тебе язык, — Владыка щёлкнул пальцами и боль частично ослабла. Хорошо чувствовать я себя не стал, но, по крайней мере, возможность говорить появилась.

— Я убил дождевика, — похвалился я первым делом своим достижением.

— Хорошо. А как сильно это влияет на твою задачу? Как далеко ты продвинулся в центр города?

— Ну… — неуверенно проговорил я. — Я еще не выдвинулся туда.

— А чего ты ждёшь?! — лик Владыки почернел, тело его заискрилось, а слова стали настолько громкими, что Адэлла от страха закрыла уши руками. Только вот это не помогало, ведь его речи каким-то образом отправлялись прямо в разум, минуя органы слухов. — Ждёшь, когда весь мир рухнет?

— А вам нужен хороший результат или скорость, с которой я умру? — мои слова были преисполнены таким количеством дерзости, что даже Кареон испуганно поднял голову, чтобы увидеть, что после этого Владыка со мной сделает.

— Как ты смеешь дерзить Владыке? — возмущённо выкрикнул Кареон.

— Заткнись, демонюка, — сразу же осадил я его. — Будешь говорить, когда я тебе прикажу.

Кареон покорно замолчал и опустил голову.

Владыка снова щелкнул пальцами и я, ощутив, как вся остальная боль в теле растаяла, приземлился на ноги. Похоже, его впечатлила моя смелость.

— Ты очень дерзок, чемпион, — с легким прищуром заговорил Владыка. Его внешность мигом посветлела. — Любого другого я бы раздавил, как клопа за такие слова. Ответь мне, почему я до сих пор не сделал этого с тобой?

— Потому что, в отличии от других чемпионов, у меня есть шанс дойти до конца.

— Шанс, говоришь? То есть ты не гарантируешь мне результат? — Владыка неторопливыми шагами направился к тому месту, где лежало моё тело и стояла Адэлла возле него. — Может, мне всё-таки стоит найти того, кто будет уверен в своём успехе?

Чем ближе становился Владыка, тем отчетливей отпечатывался страх на лице Адэллы. А также ею одолевал сильнейший диссонанс от того, что внешность близкого ей человека теперь использует какой-то бог.

— Если тебе так важен…

— Усмирись, чемпион. Живи пока, — перебил меня Владыка, когда дошел до Адэллы.

Он прикоснулся пальцами к её подбородку и, подобно врачу, повернул её голову сначала в одну сторону потом в другую.

— Что в тебе такого необычного, девочка? — внимательно разглядывая Адэллу, задумчиво спросил сам у себя владыка. — Почему ты видишь меня?

Вот как. Получается, даже Владыка недоумевал от того, что Адэлла каким-то образом видела всех нас, когда мы находились призрачном состоянии. И впрямь, что же в ней такого необычного?

— Покажи мне свои руки, — Владыка взял обе руки девушки и взглянул на её ладони.

Адэлла была в таком ужасе, что хотела провалиться сквозь землю. Думаю, она миллион раз пожалела, что решила спуститься вслед за мной на этот этаж.

Кстати, а зачем она пошла за мной? Она ведь прекрасно дала понять, что ей не нужна моя помощь.

— Хм. Вот оно что, — изучив ладони девушки, заключил Владыка. — Чемпион связан с тобой клятвой. Что ж, дитя, не повезло тебе с избранником. Эти чемпионы ни на что не годятся.

— Он не мой избранник, — ядовитым голосом прошипела Адэлла.

— Ну да, ну да, — рассмеялся Владыка. — Почему же я вижу на твоей душе иную картину?

Слова Владыки вылили на лицо Адэллы добротный слой краски. И это явно не от смущения. Это был злость, из-за которой она забыла про те чувства, которые ввергали её в ужаса и страх перед богом.

— Ладно-ладно, не горячись, дитя, — с полным безразличием в голосе изрёк Владыка. — Мне людские связи не интересны. Сами решайте свои дела, — он повернулся к девушке спиной и направился ко мне. — Вернёмся к чемпиону.