— Так. Я согласен, что я режу трупы и их части. Я согласен, что я отрезал половые органы парочке бомжей. Да, их обгорелые пальцы я тоже использовал. Но брить яйца обгорелым бомжам... — молодой некромант взглянул на друга. — Боря, и после этого предложения она меня называет извращенецем?

Пиромант покосился на расхаживающую химеру с задранной к потолку головкой и взглянул на друга.

— Знаешь, Гарри... это самый гордый член, что я видел в своей жизни.

Борис положил последний кусочек бифштекса в рот и спокойно положил приборы на стол. Взяв бокал с виноградным соком, он сделал пару глотков и посмотрел на отца.

— Что она ответила? — спросил Магомед, спокойно и размеренно отрезая очередной кусочек.

— Она согласна, — спокойно ответил сын и сделал ещё один глоток.

Глава рода Мусаевых кивнул и заметил, как нахмурилась мать. Отрезав очередной кусочек мяса, он спокойно положил его в рот и, прожевав, произнёс:

— Борис, я уже не раз говорил, что мы растили тебя по столичным правилам, — Магомед взял салфетку и вытер рот. — Мы тебя ничем не ограничивали, но есть нюансы, которые не поймут рода здесь, на Кавказе.

Мать Бори слегка кивнула, подтверждая слова мужа.

— Здесь на многое могут закрыть глаза, если род силен, но кое о чём всё же будут шептаться за спиной. Да и у нас в роду есть кое-какие принципы, — продолжил Мусаев старший. — Я сейчас не о родословной Екатерины. Понимаешь?

— Екатерина Сельвина — девственница, — кивнул Боря. — Я в этом уверен.

Отец вздохнул и кивнул.

— Рад это слышать. Я в тебе не сомневался.

Он с превосходством взглянул на супругу, но та вместо кислой мины в ответ тоже довольно улыбнулась.

— Раз так, то больше никаких препятствий не вижу. Венчаться, я так понимаю, вы будете по столичным обычаям. Так?

— Так, — кивнул сын.

— Столица?

— Нет. Думаю, в родном городе невесты, — качнул головой Боря.

— Экономишь?

— Нет. Хочу, чтобы это был праздник ближнего круга родственников и друзей, — ответил Мусаев младший. — Пышные торжества и прочее не очень уместны.

— Магомед, она простолюдинка. Думаешь, она сможет выдержать двенадцать, а может, и шестнадцать часов торжеств? — хмыкнула мать. — Светские свадьбы — это очень долго и достаточно нудно.

Глава рода кивнул.

— Тут я вынужден согласиться. Сам эту тягомотину не сильно люблю, но...

— После официальной свадьбы мы приедем в род, — кивнул сын.

— Здесь уже тогда нормально и отметим это дело, — закивал Магомед и покосился на супругу, которая одобрительно взглянула на него. — Сколько человек планируешь на свадьбе?

— Сельвины и вы, — пожал плечами Боря.

— Друзья?

— Гарри.

— Согласно этикету он должен быть с парой, — напомнил ему глава рода.

Борис вздохнул, после чего молча кивнул.

— Я ему напомню.

— Хорошо. Теперь по поводу твоей семьи, — вздохнул отец. — Отдельный дом в этом городе я покупать для вас не вижу смысла.

— Да, мы с ней уже разговаривали по поводу дальнейших планов. Мы хотим учиться в столичном университете.

— Дорого, — задумчиво произнёс Магомед. — Вы уверены, что потянете обучение? Просто переступить порог университета мало. Надо быть достаточно одаренным и упёртым человеком.

Боря молча залез во внутренний карман и достал оттуда пару листов, на котором были результаты его обследования в сторонней фирме.

Отец взял бумагу и взглянул на нее. Чем ниже опускались его глаза, тем сильнее поднимались брови.

— Когда... когда ты успел начать третий слой Таркарского подхода? — пробормотал он.

— Каждый день понемногу и по-серьёзному каждый выходной, — пожал плечами парень. — Вода камень точит.

Мусаев старший дошёл до строчки с объёмом силы и замер. После нескольких секунд ступора он поднял взгляд на сына.

— Это точные исследования?

— Точнее оборудования в городе нет.

Отец передал первый лист, после чего пробежался по обследованию силы Сельвиной Екатерины.

— Шестьдесят пять и пятьдесят восемь эрг, — пробормотал он и поднял взгляд на сына.

— Это много? — уточнила мать, пытаясь вникнуть в цифры на заключении специалистов.

— У Исы «Каменного грома» было сорок пять, — пробормотал глава рода и задумчиво уставился на сына. — Наш род всегда брал мастерством, а не силой...

— Я закончу университет, и уже можно будет говорить о силе, — кивнул Боря.