— Сколько вам лет, молодой человек? И что вы вообще знаете о раке?

— Мне уже исполнилось шестнадцать. А рак... Рак — это своего рода многоплановая патология, в основе которой стоит нарушения либо иммунитета, в результате чего Т-киллеры перестают узнавать измененные клетки, либо внутриклеточного восстановления исходной ДНК. В результате мы получаем клетку, по всем внешним факторам свой-чужой схожую с клетками организма, но, в отличие от нормальных клеток, она делится как не в себя, растёт и снова делится. Но это всё так... в общих чертах. Специалисты, думаю, лучше меня разбираются.

— А вы, значит, не специалист, — поджал губы Лев Дементьевич. — Откуда познания? В сети статеек начитались?

— Грубо говоря — да, — кивнул Гарри. — У меня немного другой род занятий.

— И какой же?

— Он некромант, — ответил за Гарри Васильев. — Уже поднимает трупы и потихонечку учится проклятьям. Химер иногда лепит... своеобразных.

— Простите, а каким образом вы вообще собираетесь бороться с раком? Сделаете очень маленьких зомби и пустите их в организм? — усмехнулся старичок.

— Мыслей по подходу пока несколько. Но каждую надо будет проверять... или, возможно, изобретать новые способы воздействия через силу смерти. Первый — навести проклятье на пораженные клетки и заставить их изменить внешние белковые структуры, что влечёт немедленную иммунную реакцию организма. Своего рода, точечная химиотерапия при помощи проклятий и силы смерти. Второй подход — это непосредственное уничтожение пораженных клеток. Проклятьем это будет достигнуто или избирательным заклинанием... я пока не знаю. Но простор для маневра есть. Ну, и третий подход. Как вы и говорили, изготовление химер, которые будут искать и уничтожать пораженные клетки.

Заметив, как на последнем предложении старичок вскинул брови, начинающий некромант пояснил:

— Если вы думаете, что размер для химеры имеет значение в плане изготовления — зря. Я еще не говорю про то, что химера может быть условно жидкой.

Лев Дементьевич вздохнул и покосился на Васильева.

— Прежде, чем мы заставим моих подчиненных рвать волосы на голове от внезапно изменившихся планов, я хотел бы узнать интерес каждой стороны, — произнёс он и выразительно взглянул на представителя тайной канцелярии. — Могу я рассчитывать на честный ответ?

— Со стороны тайной канцелярии возможность лечить рак может являться серьёзным аргументом для вербовки, это может служить хорошим стимулом для формирования положительного образа мага смерти в обществе, заработок на налоге от частного лечения рака в нашей империи, ну и по-человечески мне будет приятно, если лекарство разработают именно в нашей стране, — пожал плечами следователь.

— Верю во всё, кроме последнего, — хмыкнул глава отдела биологического оружия и взглянул на Гарри. — Ну, а вы? Зачем такому молодому человеку забивать голову подобными проблемами? Большинство в вашем возрасте заботят совершенно другие вещи.

Гарри взглянул на Васильева и спросил:

— Честно?

— С этим человеком лучше говорить откровенно, — кивнул тот.

Мрак-Беленький собрался с духом и признался:

— Я человек, который живет от одной сумасшедшей идеи до другой. Понимаете? Без цели, от которой огонек в глазах и трясутся руки, скучно, грустно и жутко портится настроение.

— Знакомо, — хмыкнул старичок. — И лекарство от рака вызвало ваш...

— Я называю это рабочим угаром, — кивнул Гарри.

— Можно и так. И вот способ излечить рак вызвал у вас рабочий угар?

— Нет конечно, — усмехнулся молодой некромант. — Всё гораздо более прозачино. Одна благородная особа заявила, что готова участвовать во всех моих школьных проделках и ублажать меня всеми доступными способами.

Заметив, как полезли на лоб брови старичка, Гарри продолжил:

— Размер груди у особы... выдающийся, но не вульгарный. Подтянутая, и судя по той марки лифчиков, что она использует — стремящийся. Знаете, когда сосок слегка вверх смотрит. Бедра в меру, прекрасная талия и дополняет это всё очень симпатичное личико с небольшой родинкой на шее, чуть ниже уха.

Старичок кашлянул и покосился на Васильева, который беспечно пожал плечами.

— То есть вы настолько возжелали девушку, что решили пойти на поводу её уловки и добиться секса, попутно перевернув весь медицинский мир? Неужели для вас эта особа... настолько значимая?

— Я некромант, — пожал плечами Гарри. — Шестнадцатилетний некромант, детей от которого мечтает каждый род в империи. Но каждый ребёнок, если он родится одаренным, будет отнимать частичку моего дара. И чем сильнее он будет, тем больше он будет отнимать. Я шестнадцатилетний девственник, которого соблазняют всеми возможными способами и непонятно как до сих пор не изнасилованный. Могу я, скромное орудие тайных служб нашей империи, получить хотя бы минет? Без женитьбы, детей, риска похищения семени и прочей несусветной глупости?