Гарри вздохнул и посмотрел на Степана.

— Я много не могу тебе сказать... По крайней мере, пока ты не принадлежишь роду.

— Я тебе тоже много говорить не хочу, — хмыкнул Степан и добавил: — Пока я не в роде.

Гарри вскинул брови и удивлённо взглянул на собеседника.

— Тебе есть, что скрывать?

— Ну, я тут по сети полазил... В принципе, нечего. Ты только скажи, родственникам слуг у тебя в роду оплачивается лечение?

Гарри нахмурился, почесал голову и кивнул.

— Да.

— А до какой суммы?

— Не думал пока. По ситуации.

— Ну, тогда у меня мать больная. Сильно. Лежачая.

— Тоже мне тайна, — хмыкнул Гарри и покосился на парня. — Рак?

— Нет. Там всё сложно.

— Вот и у меня всё сложно, — вздохнул Гарри.

— Так расскажи в общих чертах.

— Шестнадцатого в полдень я должен явиться на свадьбу друга. Приходить надо с парой. Придёшь один — будут проблемы.

— Какие?

— Вообще-то один на венчание мужчина приходит только в том случае, если его возлюбленная... того же пола.

— Содомиты?

— Они самые. То есть прийти одному — по факту общественно признаться в этом.

— Первый раз про такое слышу.

— Аристократия, — вздохнул Гарри.

— И что? Тебе надо девчонку, чтобы ты с ней сходил на свадьбу? Пф-ф-ф-ф... тоже мне проблема. Я тебе такую цацу могу найти у общаги, что слюнями до самого дома будешь всё заливать.

— Стёпа, бляди — не проблема. Проблема во мне и в обстоятельствах, — сморщился Гарри. — Прийти с простолюдинкой на свадьбу к аристократам — это, по-простолюдински, зашквар.

— Ладно, тогда к этим... Как их... Кто там, аристократок в прокат сдаёт?

— Стёпа, всех аристократок, кто опустился до этого, в лицо знают. Пофамильный список у каждого рода есть. А ты хочешь, чтобы я на свадьбу друга пришёл с... родовитой... кхэм...

Сидоров задумался и молчал, пока официант не расставил блюда и напитки. Когда официант удалился, он молча пододвинул тарелку с отбивной и гарниром, после чего взял вилку с ножом.

— И что, у тебя никого нет, кого можно позвать? Или это что-то, вроде помолвки?

— Нет, про помолвку тут речи не идёт, да и позвать есть кого.

— Так в чём проблема?

— Всего две кандидатуры, — вздохнул Гарри. — Одна — полоумная. озабоченная истеричка, которая реально может меня изнасиловать, а вторая... со второй всё сложно.

— Совсем сложно или хрен пойми как?

— Хрен пойми как.

— Спали?

Гарри вздохнул и выразительно взглянул на собеседника, который довольно ловко орудовал ножом и вилкой.

— Понял. Не моё дело и таким, как я, знать не положено.

— Вот я и думаю: какое зло меньшее в этой ситуации, — признался Гарри.

— А почему друга не спросишь? Понимаю, это тебе решать, но... если куда не кинь — все равно клин, то...

Гарри задумчиво покосился на крем-суп и кивнул.

— На удивление, за один день из тебя очень много толковых мыслей, — пробубнил он и достал телефон. — Еще придумать, как Катьке об этом сказать. А то что-то наша последняя встреча имела последствия.

— Залетела что ли?

— Типун тебе на язык, — буркнул Гарри, набирая Бориса. — Алло? Борь?

— Удиви меня, — раздался усталый голос друга.

— Что случилось? У тебя голос, словно ты женат уже двадцать лет, — хмыкнул Гарри.

— Катя туфли к свадебному платью выбирает.

— Сочувствую, — вздохнул Гарри.

— Ты по делу?

— Да. У меня ступор и безвыходная ситуация. Просто ответь на один вопрос.

— Наумова или Демидова?

Гарри тяжело вздохнул.

— Вы как никогда проницательны, мой друг. Но я думал, может, у тебя какие-то варианты есть?

— Аси не отдам, — уверенно заявил Боря. — Отец думает по-другому, но я хочу, чтобы она осталась в роде Мусаевых.

— Боря, как ты мог обо мне такое подумать...

— Спокойно.

— Что, даже на свадьбу?

— Нет. Она придёт со своим женихом, — ответил друг.

— Ладно, тогда возвращаемся к предыдущему вопросу.

— Мне без разницы, но Катя против Наумовой. Недолюбливает её, хоть и возражать не станет.

— Понял. Вопрос снят.

— Увидимся.

— Держись, друг. Мысленно я с тобой, — кивнул Гарри и закончил вызов. — Так, ситуация стала яснее и понятнее, но, ей богу, с Наумовой, думаю, проще бы было.