— Вообще похер, — отрезал Верша и выхватил клык. — Зеленый был? Точно?

— Точно, — ответил темный эльф. — Проверили. С силой жизни.

— Заходите, — махнул он рукой и вошел в таверну, не спуская взгляда с клыка.

Пройдя к стойке, он громко крикнул:

— Мара, Шара! У нас гости! Это мои друзья! Их не считать!

Не останавливаясь он направился к лестнице, ведущей на второй этаж выдолбленного в древесине заведения.

— Хоть бы спасибо сказал, — буркнул ему вслед человек.

— В рожу не плюнул — уже хорошо, — хмыкнул темный эльф. — Пусть идет. Заказ уже оплачен.

Верша же поднялся на второй этаж, затем открыл потайную дверь и поднялся еще три пролета. Там он оказался внутри глухого помещения, в котором не было окон. Тьму в нем разгонял плод, слабо светящийся легким розовым свечением.

Сквозь тонкую полупрозрачную оболочку виднелось тело ребенка лет шести на вид.

— Так, — вздохнул Верша.

Он открыл меню и заглянул в свои проклятья.

Помимо проклятья от церкви и лично от инквизиции, от которых ему было ни холодно, ни жарко, в нем также было посмертное проклятье от ведьмы на счастье сына. Это проклятие имело серый вид, что свидетельствовало о его снятии.

— Так, — вздохнул Верша и примирившись, поднес клык к оболочке висящего с потолка огромного плода. — Если и эта херня не возьмет... Буду пробовать артефакты.

Он прислонил кончик к тонкой кожуре, после чего надавил на нее. Та вопреки ожиданиям берсеркера не поддалась.

— Да ладно, блять! Зеленый дракон жизни, твою мать, сдох просто так?!! — возмутился Верша и влепил клыком наотмашь.

Плод тут же лопнул, во все стороны полетела мутная жидкость, а на пол упал мальчишка, вылитая копия Бэка. Верша замер с ошарашенными глазами.

— Получилось... — прошептал он. — Получилось...

Выронив клык, он метнулся к ребенку. Подхватив его на руки, он провел рукой по лицу и зашептал:

— Ну, очнись... очнись, богами и тьмой тебя заклинаю... Ну же!

Мальчик слегка дернулся, а затем открыл глаза. Взглянув на берсеркера, он слегка нахмурился.

— Ты... ты помнишь как тебя зовут? — осторожно спросил берсерк и провел ладонью по его улицу. — Помнишь?

Мальчик отрицательно мотнул головой.

— А я кто?

Ребенок молчал и несколько секунд вглядывался в глаза сурового мужчины, готового уже расплакаться от счастья.

— Ты помнишь кто я?

— Папа, — тихо отозвался ребенок.

— П-п-правильно, — дрожащим голосом ответил берсерк. — Я папа... А ты Бэк... Тебя зовут Бэк...

Верша мельком заглянул в меню, где снова высветилось посмертное проклятие ведьмы.

— Верша! Что происходит?!! У нас по всем стенам сок течет! — раздался голос Гары, появившейся в комнате сребенком на руках.

Верша оглянулся и счастливыми глазами, полными слез взглянул на некогда сильнейшую убийцу темной фракции.

— Верша... — пробормотала женщина. — У тебя получилось?

— Да, — кивнул берсерк, не пытаясь вытереть слез, которые катились по щекам. — Бэк, а это твоя мама.

— Верша, чтоб тебя! — раздался голос недовольной Мары, которая поднималась по ступеням. — Я тебя до смерти затрахаю, если ты не объяснишь какого черта у нас все стены в...

В небольшую комнату вошла лучница, а за ней и магесса.

— Кто? — спросил Бэк и указал на нее пальцем.

— Это тоже мама, — хмыкнул берсерк. — И та тоже мама.

— Все мамы? — уточнил сын.

— Да, — пересилил улыбку Верша и кашлянул. — У тебя три мамы...

Ребенок на руках Гары заплакал и та оперативно оттянула пальте и вложила в его рот грудь. Ребенок тут же успокоился, а Верша тем временем вздохнул и взглянул на сына который расплылся в улыбке.

— Улыбаешься? — усмехнулся отец. — Я тоже рад тебя видеть...

Бэк оглядел девушек, затем отца и тихо, с придыханием произнес:

— Сиськи...