– Алиса!
– срываюсь за ней следом.

Коридор, лестница, ещё коридор. Догоняю ее в гостиной и хватаю за предплечье.

– Не прикасайся ко мне!
– оборачиваясь, она выставляет перед собой туфли, как оружие.
– Все, Арс! Все!

Натягивает джинсы и топик.

– Алис?! Что происходит?
– появляется в дверях ее подружка с Мишей.

– Отвезите меня домой, - кидается к ним Алиса.
– Пожалуйста…

– Арс?
– вопросительно смотрит на меня друг.
– Ты чего натворил?

– Ничего, Мих… - качаю головой.
– Уезжайте. Не вмешивайтесь.

– Значит, я уеду на такси!
– психует Алиса и, растолкав ребят, прорывается в прихожую.

– Что у вас случилось?
– хмурится Миша.

– Задница случилась… - отвечаю, опускаясь на диван, и обхватываю голову руками.
– Отвезите ее домой. И пока не приеду… присмотрите.

– Ну и гад же ты, Величко!
– повышает голос Катя.
– Я думала ты правда ее любишь, а ты…

– Правда!
– рявкаю, поднимая голову.
– Очень люблю. Просто пока… пусть так будет.

Катя явно собирается высказать мне ещё много лестных вещей, но Миха утаскивает ее практически за шкирку из дома под предлогом того, что сейчас они нужнее Алисе.

Я осматриваю комнату. Разгром. Как я и хотел. Зачем хотел? Что это поменяет? Улучшит отношения с отцом? Едва ли. Даст возможность, наконец, оторваться от дома и воспоминаний? Нет, не даст. Это только если снести его до фундамента. И Алису не вернёт…

Поздравляю, Арс, ты думал, что видел дно, но снизу постучали. Какие дальше планы? Полегчало? В целом - да. Тем, что от дна можно оттолкнуться вверх.

Арсений

Заматываю свои медали, кубки и прочие награды в вещи и закладываю их на дно спортивной сумки. Почти все вывез. Остались только шкафы из маминой мастерской. За ними завтра приедет специальная служба. Выкладываю из куртки вторые ключи от тачки отца. Вот так. Теперь я временно бездомный и безлошадный. Оглядываю пустую комнату, которая чуть больше двадцати лет служила мне домом и убежищем. Ну, пора. Теперь буду приезжать сюда по праздникам. Чтобы чинно посидеть за столом.

Честно говоря, я думал, что съехать будет гораздо тяжелее, но, как оказалось, все относительно. Все эмоции к дому и были вытеснены сначала победой парней на соревнованиях, а после… отсутствием Алисы в моей жизни. Я все решил правильно. Боль в груди оказалась отличным стимулом действовать и крутить этот мир.

Конечно, мне очень помогали тренер и друзья. Без них решать вопросы было бы в разы тяжелее.

Зато теперь я - владелец ипотечной двушки и без пяти минут студент-заочник. Жду, когда придут документы. С работой пока все ограничивается заездами и спортивной школой, к зиме хочется намутить что-то посерьёзнее.

Я уже знаю, что Алиса тоже ушла на заочное и устроилась работать в детскую студию. В институте мы практически не встречаемся. Так, было несколько совместных поточных лекций, где случайно столкнуться или сесть за один стол - практически нереально.

Я скучаю.

А ещё собираюсь выкупить у отца Алисы часть квартиры. Пусть уже проваливает. Может, купит себе что-то отдельное в дальнем районе. Так, на всякий случай, чтобы обратно не приперся.

Выхожу в коридор и спускаюсь на первый этаж. Надо бы попрощаться с отцом, но из гостиной доносятся рыдания Карины. Замираю на пороге комнаты, не решаясь себя обнаружить. Честно говоря, не припомню, чтобы она когда-то так рыдала. Да и вообще она не из истеричек, надо отдать должное. Что-то случилось?

– Боря, ну что они говорят?
– треплет она отца за рукав.

Он с психом убирает трубку от уха и снова кого-то набирает.

– Черт, - рычит.
– Ничего не говорят! Сволочи. Витамины и я назначать могу!

Карина заходится на новый виток рыданий. Отец размашистым шагом идёт к бару и что-то наливает себе в стакан, но передумав, не выпивает, а оставляет его на полке.

Ощущение дежавю стискивает мне горло, заставляя расстегнуть молнию худи. Картинки реальности смешиваются. Мне кажется, что ещё вчера здесь на диване плакала мама. А отец также стоял у бара. Бледный. Почти синий.

– Что случилось?
– Спрашиваю просевшим голосом.

Карина на секунду замолкает. Смотрит на меня несколько секунд заплаканными глазами, а потом, икнув, снова начинает плакать.

– Я не виновата не в чем, скажи ей, Арсений. Пожалуйста. И комната мне ее не нужна. Только пусть не забирает у меня ребёночка… - шепчет мне болезненно и истерично.

Я перевожу шокированный взгляд на отца.

– Что происходит?

– Истерика… - он подаёт Карине бутылку воды и гладит ее по голове, прижимая к себе ухом. Второе, будто случайно, закрывает рукой, - Не будет у тебя пока ни брата, ни сестры…