– А вот и наша Татьяна! – обрадовался господин.

Увидев нас, Ира сказала:

– Ой! – и уронила поднос на пол.

– А! – радостно воскликнул наш знакомый. – Не я один все бью. Очень славно, теперь буду знать, а то некоторые совсем измучили меня своими упреками.

– Значит, вы и есть Татьяна, – многозначительно произнесла Мариша. – Очень приятно познакомиться.

После ее приветствия Ира настолько побелела, что этого не мог не заметить даже наш рассеянный хозяин.

– Не стоит так волноваться! Это всего лишь посуда, – засуетился он возле Иры, видимо, сердце у него было доброе и он уже простил ей ее многочисленные придирки.

Ира перевела на него непонимающий взгляд и сказала:

– Я что-то неважно себя чувствую и, пожалуй, пойду.

С этими словами она пулей вылетела в коридор.

– Нам тоже пора, – засуетились мы, – нас тетя ждет.

Перепрыгнув через лежавший на полу поднос, мы бросились прочь.

– Передавайте привет от меня тете и заходите еще, – успел крикнуть нам вслед маленький господин, но на ответную реплику времени у нас уже не хватило.

Ира неслась вниз, прыгая через две ступени.

– Таким темпом она от нас уйдет! – застонала Мариша. – Давай на лифте!

Лифт как на заказ стоял на нашем этаже, поэтому внизу мы очутились практически одновременно с Ирой, она опережала нас всего на несколько метров. Но и их оказалось достаточно для того, чтобы она первой миновала вахтера, оставив его в недоумении перед бешено завертевшейся вертушкой. В этом состоянии он пребывал недолго, так как сразу же за Ирой возле него возникли наши фигуры. К нам он питал стойкое предубеждение с момента нашей первой встречи. Это было тем более некстати, что мы очень спешили и выяснять с ним отношения у нас времени не было, но он считал иначе.

Выскочив из своей будки, он грудью заслонил нам дорогу, а так как перед этим заблокировал вертушку, то препятствие на нашем пути возникло серьезное. Уговаривать его времени не было, поэтому Мариша просто сиганула через вертушку, а за ней и я. Одно могу сказать – хорошо, что первой приземлилась Мариша, вахтер набросился на нее, а я смогла прошмыгнуть в это время мимо. Накинувшись на Маришу, вахтер малость не рассчитал своих сил. Видимо, он жил не сегодняшним днем, а своим далеким прошлым, когда был полон сил и энергии, а девушки ему попадались хрупкие и субтильные. Он и сейчас был полон сил, только вот девушка ему попалась… нестандартная.

С Маришей, даже когда она в хорошем настроении, опасно вступать в единоборство, а со взволнованной, спешащей очистить себе путь Маришей я бы никому не советовала связываться. Поэтому не удивилась, когда позади меня раздался душераздирающий вопль и звон разбитого стекла. Оглянувшись, я обнаружила, что вахтер больше уже не болтается, злобным терьером вися на Марише. А вот стеклянная перегородка здорово потеряла во внешнем виде в сравнении с недавним временем. Ее целостность была существенно нарушена врезавшимся в нее вахтером, который барахтался теперь среди осколков битого стекла, пытаясь подняться и броситься за нами в погоню. Его движения успокоили меня: если у него хватало сил, чтобы помнить о нас, значит, с ним все в порядке. Не знаю почему, но я вспомнила про маленького господина, неучтиво оставленного нами наверху. Определенно сегодня был его день, стекло билось только так.

Но долго размышлять о сегодняшней везучести преследуемого неудачами господина мне не дали.

– Что ты застыла? – подбегая, орала Мариша. – Беги за ней, она же уходит! Где нам потом ее искать?

Вопрос был по существу. Про Киев я знала всего несколько вещей, что в нем есть Крещатик, бульвар Тараса Шевченко и Киево-Печерская лавра. Если Мариша потом потребует от меня тратить драгоценное время отпуска на поиски Иры, которые в огромном городе легко могут оказаться бесплодными, то лучше уж догнать беглянку сейчас и выяснить у нее наконец мотивы ее странного поведения.

Погоня за Ирой была продолжена. Мы бежали через какие-то подозрительно чистые дворы. Погоню сильно замедляли наши рюкзаки, болтающиеся за спиной, и вынужденные зигзаги, которые мы делали из-за возникающих на каждом шагу дорогих иномарок. Они скопились тут просто в устрашающих количествах и затрудняли движение. Ира огибала их с необычайной грациозностью, я по мере сил, а Марише приходилось нелегко – она привыкла переть как танк и сейчас проигрывала нам в скорости. Но дворы обладали одним свойством – не все были проходными. Наступил момент, когда Ира уперлась в стену, дальше бежать было некуда.

– Ну, Татьяна, – задыхающимся голосом произнесла подоспевшая Мариша, – давай поговорим начистоту.

Какое-то время мы все трое потратили на то, чтобы отдышаться, потом Ира покаянным тоном сказала:

– Ладно, девочки, признаюсь, что была не права, когда удрала от вас. Но я так испугалась, когда неожиданно застала вас в кабинете Дмитрия Семеновича. Я подумала, что вы расскажете ему все обо мне.

– Все! – восхитилась я. – Мы же о тебе сами ровным счетом ничего не знаем, а наши догадки этому Дмитрию Семеновичу до лампочки.