– Кто там? – Вопрос неожиданно для меня самой прозвучал буднично, словно я стояла у двери своей собственной квартирки и спрашивала чисто для проформы, отлично зная, что там томится водопроводчик или электрик.

Но в этот раз мне ответил вовсе не электрик. Из кустов вылез мокрый и донельзя злой Гоша, одетый в голубой полиэтиленовый плащ с капюшоном, с которого стекали струи дождя, и высокие резиновые сапоги.

– Приперлись наконец? – сердито спросил он. – Где вас носит? Я вас весь день жду, на работу не пошел. Первый раз, между прочим, за весь месяц.

Последнее замечание явно предлагалось принять во внимание Ире. Но она возмущенно фыркнула и передернула плечами.

– Зачем только, хотелось бы знать? – проронила она, намеренно глядя в сторону. – Без тебя бы не обошлись, что ли?

– Да, ты конченая дура, – констатировал Гоша.

Ира вспыхнула и засверкала глазами. Назревал семейный конфликт, участвовать в котором у меня не было никакого желания. Семейные ссоры и в более комфортной обстановке дело малоприятное, а под проливным дождем вообще сродни кошмару. Кошмаров последнее время у нас хватало, я успела ими пресытиться, поэтому торопливо сказала:

– Гоша, ты ведь не просто ради забавы нас тут ждал столько времени.

– Вот еще, – обиделся он в очередной раз, – делать мне больше нечего, как разлекаться таким образом. Я вас предупредить хотел, чтобы вы не совались к Елизару. Его самого дома нет, а творится там неладное.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась Ира. – Опять твои штучки? Вечно ты против моих друзей козни строишь.

– Ничего не строю, – оправдывался Гоша, – я не виноват, что твои друзья сплошь проходимцы. Это видно всякому, кто возьмет на себя труд присмотреться к ним. Всякому, но не тебе.

– У меня прекрасные друзья, – окрысилась Ира. – Не чета тебе, обормоту.

– Так что ты собирался нам сказать? – снова встряла я, так как эти двое, похоже, могли ссориться до умопомрачения.

– Да вот, – презрительно указал на свою рассерженную жену Гоша, – один ее прекрасный друг скрутил вторую ее прекрасную подругу, которая тоже не лыком шита, пробралась в дом и все в нем разнесла. Но дело не в том, что разнесла. Если бы ко мне вломились воры или просто громилы, а мне удалось бы их связать, я сдал бы их в милицию. Эти же в доме Елизара ничего такого не сделали.

– Чего ты несешь? – напустилась на него Ира. – Какие громилы? Кого скрутили?

– Маришу вашу! – потеряв всякое терпение, закричал Гоша. – О чем я вам тут толкую, курицы вы мокрые, вашу Маришу сцапали, когда она грабила Елизара, а теперь, наверное, пытают, потому что иначе отдали бы в руки милиции.

– Что за чушь? – вознегодовала Ира. – Зачем ее пытать?

– А чьи крики я тут слышу уже два часа? – сердито спросил Гоша. – Понятное дело, моя так называемая жена скажет, что это запись видеофильма, но я-то могу отличить фильм от жизни. Говорю вам: в доме неладно.

И словно в подтверждение его слов, из дома раздался громкий женский стон, от которого мороз прошел по коже.

– Слышите? – торжествующе спросил Гоша с таким видом, словно это его рук дело и есть чем гордиться.

– Похоже, ты прав, – неохотно признала Ира.

Я ее понимала. Одно дело прийти к хорошим знакомым пусть даже среди ночи, а другое – знать, что лезешь в паутину, куда уже попала одна жертва.

– Все равно пойду, – решительно сказала я. – А вы бегите за милицией или за кем-нибудь еще, поднимайте на ноги соседей, звоните в Интерпол или местную газету, словом, делайте что хотите, но добейтесь привлечения широких масс, потому что иначе нам не справиться.

– Ты не пори горячку-то, – рассудительно сказал Гоша. – Зачем нам припутывать сюда милицию? Что мы ей скажем? И соседи не пойдут, потому что им не с руки ссориться с Елизаром. А про газету можно вообще забыть, потому что среди ночи ни один журналист сюда не попрется даже ради мировой сенсации, а какая сенсация из вашей Мариши?

– Так что ты предлагаешь?

– Зайдем в домик сами и аккуратненько извлечем вашу подружку на волю.

– Ага, – сказала я. – А нас всех повяжут и даже сообщить родственникам, где искать наши бренные останки, не позаботятся. Я иду одна. В конце концов, Мариша – моя подруга, и вы не должны рисковать собой из-за того, что она такая идиотка.

– Гоша, – сказала Ира, – ты подожди нас еще полчасика, а если мы не вернемся, беги и поднимай на ноги всех, можешь сказать, что… что хочешь можешь сказать, только приведи подмогу.

– Ты все-таки туда пойдешь? – не поверил своим ушам Гоша. – Ты рехнулась.

– Я не рехнулась, хочу сама выяснить для себя, что это за люди, с которыми так долго общалась. И потом, Даша без меня заблудится в доме, а я там бывала не раз и отлично знаю, где при необходимости можно спрятаться. И собака меня знает, а значит, лаять не будет.