Кое-как я вытерпел занятия (что глупо) и отправился в травмпункт.

— Молодой человек, и как вы умудрились получить такой странный недовывих? — спросил меня старый хирург-травмотолог.

— На меня напала звезда, — со скепсисом сказал я. — Как обычно бывает, шёл, споткнулся, неудачно упал на забор.

— А ты юморной. Вижу, обезболивать не надо, — усмехнулся добрый доктор и хрустнул моим телом, после чего всё-таки всадил шприц.

— Напишите справку с описанием травмы. Я просто покажу её забору. — Неожиданно для себя попросил я.

— Ха-ха.

Да уж, через сутки-двое плечо не болело (слава современной медицине!), но всё равно я ходил ещё неделю в повязке. Хорошо, что не надо было ничего чинить.

Но через некоторое время под дверью снова появилось три записки:

«ВТ-Домбай»

Система подвисает при входе в Интерком

Ничего не помогает.

Лариса Файнберг, 2 курс, комната 12/2Э/1.

Телефон: 11-70-12

«ВТ-Домбай»

Ремонт не помог.

Кристина Ксюшева, 2 курс, комната 12/2Э/1.

Телефон: 11-70-12

«ВТ-…»

Всё так же..

Кира.

Я передал сменщику Петру, вернувшемуся с практики, все три записки, объяснил прошлый ремонт (показав фото со своего ПТ) и с небольшой ухмылкой ушёл на пары.

Хорошо сбагрить проблему на кого-то. Хе.

Только вот на следующее утро, всё оказалось иначе, чем я планировал.

— Они меня не пустили в комнату, — поведал мой собрат-техник.

— В смысле?

— В прямом.

— Ясно. Тогда я снова пойду туда во время их пар.

— А не боишься комендантши?

— Хватит ржать. В следующий раз возьму больничный. Да, точно, она меня травмирует, а я отдохну. Ха.

— Стой!

В итоге мы пошли вдвоём. На удивление деканат это даже одобрил, а моего напарника официально освободили от пар на сегодня без постановки пропусков, чему тот был несказанно счастлив.

А вот Алла Георгиевна Шишкина удивилась:

— Ты теперь с охраной? — спросила она и взяла записки, наши студенческие, паспорта и бумагу из деканата.

— Да. Я его охрана от Вас. А так же помощь в связи с вывихом, — вперёд вылез Пётр.

— Что? Ты что, не шутил? Ты насто-оо-лько хрустальный? — вытаращила на меня глаза ветеран Космофлота.

— Меня периодически тренирует сестра, так что нет. А Вы у нас не соизмеряете сил, товарищ Забор, — сказал я.

— Что ты хочешь сказать, техник-1?

— Вот справка о травме, полученной от падения на забор.

— Я что тебе, доска?

— Ясно, товарищ Рабица. Только не бейте, — произнёс я и увернулся от повторной атаки.

Точнее это с моей точки зрения была атака, а вот с точки зрения Петра и этой злой дамочки просто замах, от которого я потешно отпрыгнул.

Да уж, ну нафиг тренировки, если кто-то может в шутку нанести травму.

— Уважаемый комендант, если Вы проверили документ, то сопроводите нас на место поломки, — потребовал я.

Петрушка рассмеялся и о чём-то начал говорить с Аллой Георгиевной. Предсказуемо, что он не узнал ту, чей плакат у него над рабочим местом.

Я же поплёлся сзади.

На лестнице Пётр пропустил женщину вперёд и даже не подумал смотреть под ноги. Я же спокойно шёл со стороны перил чуть впереди, временами оглядываясь.

Оказавшись в комнате, я вскрыл терминал.

Главное, что мой напарник пока обезвреживает опасность, а помощь с ремонтом от него не так уж и нужна. В институте есть запасные схе…

– *Цензура*, — пробормотал я на выдохе.

— Молодой человек, не выражайтесь так при девушках! — Сказала товарищ Рабица и подошла посмотреть сама. Я же сохранял дистанцию. А вот Пётр неудачно подошёл сбоку. От ярости Алла Георгиевна топнула ногой ровно в тот момент, когда туда наступила нога моего сменщика, и её многоэтажная фраза потонула в крике. — *ЦЕНЗУРА*!

— Ааааааа! — сказал Пётр и свалился на пол.

— Да вы двое шутите. Хватит притворяться, ладно задохлик, но ты-то боксёр! — рассерженно заявила товарищ Рабица.